Стихотворения о природе и родном крае: красивые стихотворения о родной природе

красивые стихотворения о родной природе

Содержание статьи

Природа вдохновляла человека на создание художественных произведений во все времена. Стихи о природе родного края писали поэты древности и современные авторы. Даже в изгнании или в эмиграции знаменитые поэты вспоминали природу своей Родины и создавали произведения о ней.

Мы собрали для вас самые лучшие стихи о природе. Этот список пригодится тем, кому в школе или в детском саду задали выучить красивые стихи. Если вы собираетесь в далекое путешествие, стихи о русской природе напомнят вам о родных местах. Кроме того, стихи о природе позволяют нам совершить небольшое путешествие в нашем воображении. Жители больших городов часто забывают о красоте русской деревни, о природе в лесах или в самых дальних, но прекрасных уголках нашей большой страны.

В нашей подборке:

• Стихи о русской природе
• Стихи Пушкина о природе
• Стихи о природе русских поэтов
• Стихи о природе для детей

Интересны не только русские стихи о природе, но и произведения иностранных авторов. Может быть, мы никогда не поедем в Италию, но сможем прогуляться по улочкам Неаполя благодаря стихам. Удивительно, но факт: многие поэты, которые писали о природе дальних стран, никогда не покидали родного города. Но сила нашего воображения такова, что мы можем представить незнакомые места, читая о них в стихах и прозе.

Мы отдельно выделили стихи А.С. Пушкина о природе, потому что они наиболее близки русскому человеку, отзываются в его сердце и звучат мощно и современно, несмотря на то, что были написаны много лет назад. Многое меняется, но есть вечные и прекрасные вещи — природа нашей плодородной и живописной земли всегда остается достойной того, чтобы ее воспевали в стихах.

Стихи о русской природе

Евгений Баратынский

Весна, весна! Как воздух чист!
Как ясен небосклон!
Своей лазурию живой
Слепит мне очи он.

Весна, весна! как высоко
На крыльях ветерка,
Ласкаясь к солнечным лучам,
Летают облака!

Шумят ручьи! блестят ручьи!
Взревев, река несет
На торжествующем хребте
Поднятый ею лед!

Еще древа обнажены,
Но в роще ветхий лист,
Как прежде, под моей ногой
И шумен и душист.

Под солнце самое взвился
И в яркой вышине
Незримый жавронок поет
Заздравный гимн весне.

Что с нею, что с моей душой?
С ручьем она ручей
И с птичкой птичка! с ним журчит,
Летает в небе с ней!

Зачем так радует ее
И солнце и весна!
Ликует ли, как дочь стихий,
На пире их она?

Что нужды! Счастлив, кто на нем
Забвенье мысли пьет,
Кого далёко от нее
Он, дивный, унесет!

Сергей Есенин

Метель

Прядите, дни, свою былую пряжу,
Живой души не перестроить ввек.
Нет!
Никогда с собой я не полажу,

Себе, любимому,
Чужой я человек.

Хочу читать, а книга выпадает,
Долит зевота,
Так и клонит в сон…
А за окном
Протяжный ветр рыдает,
Как будто чуя
Близость похорон.

Облезлый клен
Своей верхушкой черной
Гнусавит хрипло
В небо о былом.
Какой он клен?
Он просто столб позорный —
На нем бы вешать
Иль отдать на слом.

И первого
Меня повесить нужно,
Скрестив мне руки за спиной,
За то, что песней
Хриплой и недужной
Мешал я спать
Стране родной.

Я не люблю
Распевы петуха
И говорю,
Что если был бы в силе,
То всем бы петухам
Я выдрал потроха,
Чтобы они
Ночьми не голосили.

Но я забыл,
Что сам я петухом
Орал вовсю
Перед рассветом края,
Отцовские заветы попирая,
Волнуясь сердцем
И стихом.

Визжит метель,

Как будто бы кабан,
Которого зарезать собрались.
Холодный,
Ледяной туман,
Не разберешь,
Где даль,
Где близь…

Луну, наверное,
Собаки съели —
Ее давно
На небе не видать.
Выдергивая нитку из кудели,
С веретеном
Ведет беседу мать.

Оглохший кот
Внимает той беседе,
С лежанки свесив
Важную главу.
Недаром говорят
Пугливые соседи,
Что он похож
На черную сову.

Глаза смежаются,
И как я их прищурю,
То вижу въявь
Из сказочной поры:
Кот лапой мне
Показывает дулю,
А мать — как ведьма
С киевской горы.

Не знаю, болен я
Или не болен,
Но только мысли
Бродят невпопад.
В ушах могильный
Стук лопат
С рыданьем дальних
Колоколен.

Себя усопшего
В гробу я вижу.
Под аллилуйные
Стенания дьячка
Я веки мертвому себе
Спускаю ниже,

Кладя на них
Два медных пятачка.

На эти деньги,
С мертвых глаз,
Могильщику теплее станет,—
Меня зарыв,
Он тот же час
Себя сивухой остаканит.

И скажет громко:
“Вот чудак!
Он в жизни
Буйствовал немало…
Но одолеть не мог никак
Пяти страниц
Из „Капитала“”.

Декабрь 1924

Закружилась листва золотая

Закружилась листва золотая
В розоватой воде на пруду,
Словно бабочек легкая стая
С замираньем летит на звезду.

Я сегодня влюблен в этот вечер,
Близок сердцу желтеющий дол.
Отрок-ветер по самые плечи
Заголил на березке подол.

И в душе и в долине прохлада,
Синий сумрак как стадо овец,
За калиткою смолкшего сада
Прозвенит и замрет бубенец.

Я еще никогда бережливо
Так не слушал разумную плоть,
Хорошо бы, как ветками ива,
Опрокинуться в розовость вод.

Хорошо бы, на стог улыбаясь,
Мордой месяца сено жевать…
Где ты, где, моя тихая радость —
Все любя, ничего не желать?

1918 г.

***
Поет зима, аукает…

Поет зима — аукает,
Мохнатый лес баюкает
Стозвоном сосняка.
Кругом с тоской глубокою
Плывут в страну далекую
Седые облака.

А по двору метелица
Ковром шелковым стелется,
Но больно холодна.
Воробышки игривые,
Как детки сиротливые,
Прижались у окна.

Озябли пташки малые,
Голодные, усталые,
И жмутся поплотней.
А вьюга с ревом бешеным
Стучит по ставням свешенным
И злится все сильней.

И дремлют пташки нежные
Под эти вихри снежные
У мерзлого окна.
И снится им прекрасная,
В улыбках солнца ясная
Красавица весна.

1910 г.

***
Зима

Вот уж осень улетела
И примчалася зима.

Как на крыльях, прилетела
Невидимо вдруг она.

Вот морозы затрещали
И сковали все пруды.
И мальчишки закричали
Ей “спасибо” за труды.

Вот появилися узоры
На стеклах дивной красоты.
Все устремили свои взоры,
Глядя на это. С высоты

Снег падает, мелькает, вьется,
Ложится белой пеленой.
Вот солнце в облаках мигает,
И иней на снегу сверкает.

***
Весенний вечер

Тихо струится река серебристая
В царстве вечернем зеленой весны.
Солнце садится за горы лесистые,
Рог золотой выплывает луны.

Запад подернулся лентою розовой,
Пахарь вернулся в избушку с полей,
И за дорогою в чаще березовой
Песню любви затянул соловей.

Слушает ласково песни глубокие
С запада розовой лентой заря.
С нежностью смотрит на звезды далекие
И улыбается небу земля.

***
Восход солнца

Загорелась зорька красная

В небе темно-голубом,
Полоса явилась ясная
В своем блеске золотом.

Лучи солнышка высоко
Отразили в небе свет.
И рассыпались далеко
От них новые в ответ.

Лучи ярко-золотые
Осветили землю вдруг.
Небеса уж голубые
Расстилаются вокруг.

1911-1912 гг.

***
Черемуха

Черемуха душистая
С весною расцвела
И ветки золотистые,
Что кудри, завила.
Кругом роса медвяная
Сползает по коре,
Под нею зелень пряная
Сияет в серебре.
А рядом, у проталинки,
В траве, между корней,
Бежит, струится маленький
Серебряный ручей.
Черемуха душистая,
Развесившись, стоит,
А зелень золотистая
На солнышке горит.
Ручей волной гремучею
Все ветки обдает
И вкрадчиво под кручею
Ей песенки поет.

1915 г.

Стихи Пушкина о природе

Осень

I
Октябрь уж наступил — уж роща отряхает
Последние листы с нагих своих ветвей;
Дохнул осенний хлад — дорога промерзает.
Журча еще бежит за мельницу ручей,
Но пруд уже застыл; сосед мой поспешает
В отъезжие поля с охотою своей,
И страждут озими от бешеной забавы,
И будит лай собак уснувшие дубравы.

II
Теперь моя пора: я не люблю весны;
Скучна мне оттепель; вонь, грязь — весной я болен;
Кровь бродит; чувства, ум тоскою стеснены.
Суровою зимой я более доволен,
Люблю ее снега; в присутствии луны
Как легкий бег саней с подругой быстр и волен,
Когда под соболем, согрета и свежа,
Она вам руку жмет, пылая и дрожа!

III
Как весело, обув железом острым ноги,
Скользить по зеркалу стоячих, ровных рек!
А зимних праздников блестящие тревоги?..
Но надо знать и честь; полгода снег да снег,
Ведь это наконец и жителю берлоги,

Медведю, надоест. Нельзя же целый век
Кататься нам в санях с Армидами младыми
Иль киснуть у печей за стеклами двойными.

IV
Ох, лето красное! любил бы я тебя,
Когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи.
Ты, все душевные способности губя,
Нас мучишь; как поля, мы страждем от засухи;
Лишь как бы напоить, да освежить себя —
Иной в нас мысли нет, и жаль зимы старухи,
И, проводив ее блинами и вином,
Поминки ей творим мороженым и льдом.

V
Дни поздней осени бранят обыкновенно,
Но мне она мила, читатель дорогой,
Красою тихою, блистающей смиренно.
Так нелюбимое дитя в семье родной
К себе меня влечет. Сказать вам откровенно,
Из годовых времен я рад лишь ей одной,
В ней много доброго; любовник не тщеславный,
Я нечто в ней нашел мечтою своенравной.

VI
Как это объяснить? Мне нравится она,
Как, вероятно, вам чахоточная дева

Порою нравится. На смерть осуждена,
Бедняжка клонится без ропота, без гнева.
Улыбка на устах увянувших видна;
Могильной пропасти она не слышит зева;
Играет на лице еще багровый цвет.
Она жива еще сегодня, завтра нет.

VII
Унылая пора! очей очарованье!
Приятна мне твоя прощальная краса —
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и в золото одетые леса,
В их сенях ветра шум и свежее дыханье,
И мглой волнистою покрыты небеса,
И редкий солнца луч, и первые морозы,
И отдаленные седой зимы угрозы.

VIII
И с каждой осенью я расцветаю вновь;
Здоровью моему полезен русской холод;
К привычкам бытия вновь чувствую любовь:
Чредой слетает сон, чредой находит голод;
Легко и радостно играет в сердце кровь,
Желания кипят — я снова счастлив, молод,
Я снова жизни полн — таков мой организм
(Извольте мне простить ненужный прозаизм).

IX
Ведут ко мне коня; в раздолии открытом,
Махая гривою, он всадника несет,
И звонко под его блистающим копытом
Звенит промерзлый дол и трескается лед.
Но гаснет краткий день, и в камельке забытом
Огонь опять горит — то яркий свет лиет,
То тлеет медленно — а я пред ним читаю
Иль думы долгие в душе моей питаю.

X
И забываю мир — и в сладкой тишине
Я сладко усыплен моим воображеньем,
И пробуждается поэзия во мне:
Душа стесняется лирическим волненьем,
Трепещет и звучит, и ищет, как во сне,
Излиться наконец свободным проявленьем —
И тут ко мне идет незримый рой гостей,
Знакомцы давние, плоды мечты моей.

XI
И мысли в голове волнуются в отваге,
И рифмы легкие навстречу им бегут,
И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,
Минута — и стихи свободно потекут.
Так дремлет недвижим корабль в недвижной влаге,
Но чу! — матросы вдруг кидаются, ползут
Вверх, вниз — и паруса надулись, ветра полны;
Громада двинулась и рассекает волны.

XII
Плывет. Куда ж нам плыть?
. . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . .

___________

Год: 1833

Зимнее утро

Мороз и солнце; день чудесный!
Еще ты дремлешь, друг прелестный —
Пора, красавица, проснись:
Открой сомкнуты негой взоры
Навстречу северной Авроры,
Звездою севера явись!

Вечор, ты помнишь, вьюга злилась,
На мутном небе мгла носилась;
Луна, как бледное пятно,
Сквозь тучи мрачные желтела,
И ты печальная сидела —
А нынче… погляди в окно:

Под голубыми небесами
Великолепными коврами,
Блестя на солнце, снег лежит;
Прозрачный лес один чернеет,
И ель сквозь иней зеленеет,
И речка подо льдом блестит.

Вся комната янтарным блеском
Озарена. Веселым треском
Трещит затопленная печь.
Приятно думать у лежанки.
Но знаешь: не велеть ли в санки
Кобылку бурую запречь?

Скользя по утреннему снегу,
Друг милый, предадимся бегу
Нетерпеливого коня
И навестим поля пустые,
Леса, недавно столь густые,
И берег, милый для меня.

Туча

Последняя туча рассеянной бури!
Одна ты несешься по ясной лазури,
Одна ты наводишь унылую тень,
Одна ты печалишь ликующий день.

Ты небо недавно кругом облегала,
И молния грозно тебя обвивала;
И ты издавала таинственный гром
И алчную землю поила дождем.

Довольно, сокройся! Пора миновалась,
Земля освежилась, и буря промчалась,
И ветер, лаская листочки древес,
Тебя с успокоенных гонит небес.

Волшебный край

…Волшебный край! очей отрада!
Всё живо там: холмы, леса,
Янтарь и яхонт винограда,
Долин приютная краса,
И струй и тополей прохлада…
Всё чувство путника манит,
Когда, в час утра безмятежный,
В горах, дорогою прибрежной
Привычный конь его бежит,
И зеленеющая влага
Пред ним и блещет и шумит
Вокруг утесов Аю-дага…

Вы избалованы природой

Вы избалованы природой;
Она пристрастна к вам была,
И наша вечная хвала
Вам кажется докучной одой.
Вы сами знаете давно,
Что вас любить немудрено,
Что нежным взором вы Армида,
Что легким ставом вы Сильфида,
Что ваши алые уста,
Как гармоническая роза…
И наши рифмы, наша проза
Пред вами шум и суета.
Но красоты воспоминанье
Нам сердце трогает тайком —
И строк небрежных начертанье
Вношу смиренно в ваш альбом.
Авось на память поневоле
Придет вам тот, кто вас певал
В те дни, как Пресненское поле
Еще забор не заграждал.

Земля и море

Когда по синеве морей
Зефир скользит и тихо веет
В ветрила гордых кораблей
И челны на волнах лелеет;
Забот и дум слагая груз,
Тогда ленюсь я веселее —
И забываю песни муз:
Мне моря сладкий шум милее.
Когда же волны по брегам
Ревут, кипят и пеной плещут,
И гром гремит по небесам,
И молнии во мраке блещут, —
Я удаляюсь от морей
В гостеприимные дубровы;
Земля мне кажется верней,
И жалок мне рыбак суровый:
Живет на утлом он челне,
Игралище слепой пучины.
А я в надежной тишине
Внимаю шум ручья долины.

***

Какая ночь! Мороз трескучий,
На небе ни единой тучи;
Как шитый полог, синий свод
Пестреет частыми звездами.
В домах все темно. У ворот
Затворы с тяжкими замками.
Везде покоится народ;
Утих и шум, и крик торговый;
Лишь только лает страж дворовый
Да цепью звонкою гремит.

И вся Москва покойно спит,
Забыв волнение боязни.
А площадь в сумраке ночном
Стоит, полна вчерашней казни.
Мучений свежий след кругом:
Где труп, разрубленный с размаха,
Где столп, где вилы; там котлы,
Остывшей полные смолы;
Здесь опрокинутая плаха;
Торчат железные зубцы,
С костями груды пепла тлеют,
На кольях, скорчась, мертвецы
Оцепенелые чернеют…
Недавно кровь со всех сторон
Струею тощей снег багрила,
И подымался томный стон,
Но смерть коснулась к ним как сон,
Свою добычу захватила.
Кто там? Чей конь во весь опор
По грозной площади несется?
Чей свист, чей громкий разговор
Во мраке ночи раздается?
Кто сей? — Кромешник удалой.
Спешит, летит он на свиданье,
В его груди кипит желанье.
Он говорит: «Мой конь лихой,
Мой верный конь! лети стрелой!
Скорей, скорей!..» Но конь ретивый
Вдруг размахнул плетеной гривой
И стал. Во мгле между столпов
На перекладине дубовой
Качался труп. Ездок суровый
Под ним промчаться был готов,
Но борзый конь под плетью бьется,
Храпит, и фыркает, и рвется
Назад. «Куда? мой конь лихой!
Чего боишься? Что с тобой?
Не мы ли здесь вчера скакали,
Не мы ли яростно топтали,
Усердной местию горя,
Лихих изменников царя?
Не их ли кровию омыты
Твои булатные копыты!
Теперь ужель их не узнал?
Мой борзый конь, мой конь удалый,
Несись, лети!..» И конь усталый
В столбы проскакал.

Дон

Блеща средь полей широких,
Вон он льется!.. Здравствуй, Дон!
От сынов твоих далеких
Я привез тебе поклон.

Как прославленного брата,
Реки знают тихий Дон;
От Аракса и Евфрата
Я привез тебе поклон.

Отдохнув от злой погони,
Чуя родину свою,
Пьют уже донские кони
Арпачайскую струю.

Приготовь же, Дон заветный,
Для наездников лихих
Сок кипучий, искрометный
Виноградников твоих.

***

Меж горных стен несется Терек,
Волнами точит дикий берег,
Клокочет вкруг огромных скал,
То здесь, то там дорогу роет,
Как зверь живой, ревет и воет —
И вдруг утих и смирен стал.

Все ниже, ниже опускаясь,
Уж он бежит едва живой.
Так, после бури истощаясь,
Поток струится дождевой.
И вот обнажилось
Его кремнистое русло.

Читайте также — Стихи про детей

***

Еще дуют холодные ветры
И наносят утренни морозы,
Только что на проталинах весенних
Показались ранние цветочки;
Как из чудного царства воскового,
Из душистой келейки медовой
Вылетела первая пчелка,
Полетела по ранним цветочкам
О красной весне поразведать,
Скоро ль будет гостья дорогая,
Скоро ли луга позеленеют,
Скоро ль у кудрявой у березы
Распустятся клейкие листочки,
Зацветет черемуха душиста.

Стихи о природе русских поэтов

Федор Тютчев

Не то, что мните вы, природа:
Не слепок, не бездушный лик —
В ней есть душа, в ней есть свобода,
В ней есть любовь, в ней есть язык…
_________________

Вы зрите лист и цвет на древе:
Иль их садовник приклеил?
Иль зреет плод в родимом чреве
Игрою внешних, чуждых сил?..
_________________

Они не видят и не слышат,
Живут в сем мире, как впотьмах,
Для них и солнцы, знать, не дышат,
И жизни нет в морских волнах.

Лучи к ним в душу не сходили,
Весна в груди их не цвела,
При них леса не говорили
И ночь в звездах нема была!

И языками неземными,
Волнуя реки и леса,
В ночи не совещалась с ними
В беседе дружеской гроза!

Не их вина: пойми, коль может,
Органа жизнь глухонемой!
Души его, ах! не встревожит
И голос матери самой!..

***

Зима недаром злится,
Прошла ее пора —
Весна в окно стучится
И гонит со двора.

И все засуетилось,
Все нудит Зиму вон —
И жаворонки в небе
Уж подняли трезвон.

Зима еще хлопочет
И на Весну ворчит.
Та ей в глаза хохочет
И пуще лишь шумит…

Взбесилась ведьма злая
И, снегу захватя,
Пустила, убегая,
В прекрасное дитя…

Весне и горя мало:
Умылася в снегу,
И лишь румяней стала,
Наперекор врагу.

***

Есть в осени первоначальной
Короткая, но дивная пора —
Весь день стоит как бы хрустальный,
И лучезарны вечера…

Где бодрый серп гулял и падал колос,
Теперь уж пусто всё — простор везде,-
Лишь паутины тонкий волос
Блестит на праздной борозде.

Пустеет воздух, птиц не слышно боле,
Но далеко ещё до первых зимних бурь —
И льётся чистая и тёплая лазурь
На отдыхающее поле…

***

Еще в полях белеет снег,
А воды уж весной шумят —
Бегут и будят сонный брег,
Бегут, и блещут, и гласят…

Они гласят во все концы:
«Весна идет, весна идет,
Мы молодой весны гонцы,
Она нас выслала вперед!

Весна идет, весна идет,
И тихих, теплых майских дней
Румяный, светлый хоровод
Толпится весело за ней!. .»

***

Смотри, как роща зеленеет,
Палящим солнцем облита —
А в ней какою негой веет
От каждой ветки и листа!

Войдем и сядем над корнями
Дерев, поимых родником, —
Там, где, обвеянный их мглами,
Он шепчет в сумраке немом.

Над нами бредят их вершины,
В полдневный зной погружены —
И лишь порою крик орлиный
До нас доходит с вышины…

***

Как весел грохот летних бурь,
Когда, взметая прах летучий,
Гроза, нахлынувшая тучей,
Смутит небесную лазурь
И опрометчиво-безумно
Вдруг на дубраву набежит,
И вся дубрава задрожит
Широколиственно и шумно!..

Как под незримою пятой,
Лесные гнутся исполины;
Тревожно ропщут их вершины,
Как совещаясь меж собой, —
И сквозь внезапную тревогу
Немолчно слышен птичий свист,
И кой-где первый желтый лист,
Крутясь, слетает на дорогу…

***

Сквозь лазурный сумрак ночи
Альпы снежные глядят —
Помертвелые их очи
Льдистым ужасом разят —
Властью некой обаянны,
До восшествия Зари
Дремлют, грозны и туманны,
Словно падшие цари!. .

Но Восток лишь заалеет,
Чарам гибельным конец —
Первый в небе просветлеет
Брата старшего венец.
И с главы большого брата
На меньших бежит струя,
И блестит в венцах из злата
Вся воскресшая Семья!..

Афанасий Фет

Заря прощается с землею,
Ложится пар на дне долин,
Смотрю на лес, покрытый мглою,
И на огни его вершин.

Как незаметно потухают
Лучи и гаснут под конец!
С какою негой в них купают
Деревья пышный свой венец!

И все таинственней, безмерней
Их тень растет, растет, как сон;
Как тонко по заре вечерней
Их легкий очерк вознесен!

Как будто, чуя жизнь двойную
И ей овеяны вдвойне, —
И землю чувствуют родную,
И в небо просятся оне.

***

Прозвучало над ясной рекою,
Прозвенело в померкшем лугу,
Прокатилось над рощей немою,
Засветилось на том берегу.

Далеко, в полумраке, луками
Убегает на запад река.
Погорев золотыми каймами,
Разлетелись, как дым, облака.

На пригорке то сыро, то жарко,
Вздохи дня есть в дыханье ночном,-
Но зарница уж теплится ярко
Голубым и зелёным огнём.

***

Еще светло перед окном,
В разрывы облак солнце блещет,
И воробей своим крылом,
В песке купаяся, трепещет.

А уж от неба до земли,
Качаясь, движется завеса,
И будто в золотой пыли
Стоит за ней опушка леса.

Две капли брызнули в стекло,
От лип душистым медом тянет,
И что-то к саду подошло,
По свежим листьям барабанит.

***

Учись у них — у дуба, у берёзы.
Кругом зима. Жестокая пора!
Напрасные на них застыли слезы,
И треснула, сжимаяся, кора.

Все злей метель и с каждою минутой
Сердито рвет последние листы,
И за сердце хватает холод лютый;
Они стоят, молчат; молчи и ты!

Но верь весне. Ее промчится гений,
Опять теплом и жизнию дыша.
Для ясных дней, для новых откровений
Переболит скорбящая душа.

***

Что за вечер! А ручей
Так и рвется.
Как зарей-то соловей
Раздается!

Месяц светом с высоты
Обдал нивы,
А в овраге блеск воды,
Тень да ивы.

Знать, давно в плотине течь:
Доски гнилы, —
А нельзя здесь не прилечь
На перилы.

Так-то всё весной живет!
В роще, в поле
Всё трепещет и поет
Поневоле.

Мы замолкнем, что в кустах
Хоры эти, —
Придут с песнью на устах
Наши дети;

А не дети, так пройдут
С песнью внуки:
К ним с весною низойдут
Те же звуки.

***

Уснуло озеро; безмолвен лес;
Русалка белая небрежно выплывает;
Как лебедь молодой, луна среди небес
Скользит и свой двойник на влаге созерцает.

Уснули рыбаки у сонных огоньков;
Ветрило бледное не шевельнет ни складкой;
Порой тяжелый карп плеснет у тростников,
Пустив широкий круг бежать по влаге гладкой.

Как тихо… Каждый звук и шорох слышу я;
Но звуки тишины ночной не прерывают, —
Пускай живая трель ярка у соловья,
Пусть травы на воде русалки колыхают…

***

Как первый золотистый луч
Меж белых гор и сизых туч
Скользит уступами вершин
На темя башен и руин,
Когда в долинах, полных мглой,
Туман недвижим голубой, —
Пусть твой восторг во мглу сердец
Такой кидает свет, певец!

И как у розы молодой,
Рожденной раннею зарей,
Когда еще палящих крыл
Полудня ветер не раскрыл
И влажный вздох туман ночной
Меж небом делит и землей,
Росинка катится с листа, —
Пусть будет песнь твоя чиста.

Алексей Константинович Толстой

Вот уж снег последний в поле тает,
Теплый пар восходит от земли,
И кувшинчик синий расцветает,
И зовут друг друга журавли.

Юный лес, в зеленый дым одетый,
Теплых гроз нетерпеливо ждет;
Всё весны дыханием согрето,
Всё кругом и любит и поет;

Утром небо ясно и прозрачно.
Ночью звезды светят так светло;
Отчего ж в душе твоей так мрачно
И зачем на сердце тяжело?

Грустно жить тебе, о друг, я знаю,
И понятна мне твоя печаль:
Отлетела б ты к родному краю
И земной весны тебе не жаль…

***

Клонит к лени полдень жгучий,
Замер в листьях каждый звук,
В розе пышной и пахучей,
Нежась, спит блестящий жук;
А из камней вытекая,
Однозвучен и гремуч,
Говорит, не умолкая,
И поет нагорный ключ.
Смотри, все ближе с двух сторон
Нас обнимает лес дремучий;
Глубоким мраком полон он,
Как будто набежали тучи,
Иль меж деревьев вековых
Нас ночь безвременно застигла,
Лишь солнце сыплет через них
Местами огненные иглы.
Зубчатый клен, и гладкий бук,
И твердый граб, и дуб корнистый
Вторят подков железный звук
Средь гама птичьего и свиста;
И ходит трепетная смесь
Полутеней в прохладе мглистой,
И чует грудь, как воздух весь
Пропитан сыростью душистой.
Вон там украдкой слабый луч
Скользит по липе, мхом одетой,
И дятла стук, и близко где-то
Журчит в траве незримый ключ…
Привал. Дымяся, огонек
Трещит под таганом дорожным,
Пасутся кони, и далек
Весь мир с его волненьем ложным.
Здесь долго б я с тобою мог
Мечтать о счастии возможном!
Но, очи грустно опустив
И наклонясь над крутизною,
Ты молча смотришь на залив,
Окружена зеленой мглою…
Скажи, о чем твоя печаль?
Не той ли думой ты томима,
Что счастье, как морская даль,
Бежит от нас неуловимо?
Нет, не догнать его уж нам,
Но в жизни есть еще отрады;
Не для тебя ли по скалам
Бегут и брызжут водопады?
Не для тебя ль в ночной тени
Вчера цветы благоухали?
Из синих волн не для тебя ли
Восходят солнечные дни?
А этот вечер? О, взгляни,
Какое мирное сиянье!
Не слышно в листьях трепетанья,
Недвижно море; корабли,
Как точки белые вдали,
Едва скользят, в пространстве тая;
Какая тишина святая
Царит кругом! Нисходит к нам
Как бы предчувствие чего-то;
В ущельях ночь; в тумане там
Дымится сизое болото,
И все обрывы по краям
Горят вечерней позолотой…

Читайте также — Стихи про папу, стихотворения папе, поздравления папе

***

Уж ты нива моя, нивушка,
Не скосить тебя с маху единого,
Не связать тебя всю во единый сноп!
Уж вы думы мои, думушки,
Не стряхнуть вас разом с плеч долой,
Одной речью-то вас не высказать!
По тебе ль, нива, ветер разгуливал,
Гнул колосья твои до земли,
Зрелые зерна все разметывал!
Широко вы, думы, порассыпались,
Куда пала какая думушка,
Там всходила люта печаль-трава,
Вырастало горе горючее.

***

Прозрачных облаков спокойное движенье,
Как дымкой солнечный перенимая свет,
То бледным золотом, то мягкой синей тенью
Окрашивает даль. Нам тихий свой привет
Шлет осень мирная. Ни резких очертаний,
Ни ярких красок нет. Землей пережита
Пора роскошных сил и мощных трепетаний;
Стремленья улеглись; иная красота
Сменила прежнюю; ликующего лета
Лучами сильными уж боле не согрета,
Природа вся полна последней теплоты;
Еще вдоль влажных меж красуются цветы,
А на пустых полях засохшие былины
Опутывает сеть дрожащей паутины;
Кружася медленно в безветрии лесном,
На землю желтый лист спадает за листом;
Невольно я слежу за ними взором думным,
И слышится мне в их падении бесшумном:
— Всему настал покой, прими ж его и ты,
Певец, державший стяг во имя красоты;
Проверь, усердно ли ее святое семя
Ты в борозды бросал, оставленные всеми,
По совести ль тобой задача свершена
И жатва дней твоих обильна иль скудна?

Михаил Лермонтов

Ночевала тучка золотая
На груди утеса-великана;
Утром в путь она умчалась рано,
По лазури весело играя;

Но остался влажный след в морщине
Старого утеса. Одиноко
Он стоит, задумался глубоко,
И тихонько плачет он в пустыне.

***

Дубовый листок оторвался от ветки родимой
И в степь укатился, жестокою бурей гонимый;
Засох и увял он от холода, зноя и горя
И вот, наконец, докатился до Черного моря.

У Черного моря чинара стоит молодая;
С ней шепчется ветер, зеленые ветви лаская;
На ветвях зеленых качаются райские птицы;
Поют они песни про славу морской царь-девицы.

И странник прижался у корня чинары высокой;
Приюта на время он молит с тоскою глубокой,
И так говорит он: «Я бедный листочек дубовый,
До срока созрел я и вырос в отчизне суровой.

Один и без цели по свету ношуся давно я,
Засох я без тени, увял я без сна и покоя.
Прими же пришельца меж листьев своих изумрудных,
Немало я знаю рассказов мудреных и чудных».

«На что мне тебя? — отвечает младая чинара,-
Ты пылен и желт — и сынам моим свежим не пара.
Ты много видал — да к чему мне твои небылицы?
Мой слух утомили давно уж и райские птицы.
Иди себе дальше; о странник! тебя я не знаю!
Я солнцем любима, цвету для него и блистаю;
По небу я ветви раскинула здесь на просторе,
И корни мои умывает холодное море».

***

Когда волнуется желтеющая нива,
И свежий лес шумит при звуке ветерка,
И прячется в саду малиновая слива
Под тенью сладостной зеленого листка;

Когда росой обрызганный душистой,
Румяным вечером иль утра в час златой,
Из-под куста мне ландыш серебристый
Приветливо кивает головой;

Когда студеный ключ играет по оврагу
И, погружая мысль в какой-то смутный сон,
Лепечет мне таинственную сагу
Про мирный край, откуда мчится он,—

Тогда смиряется души моей тревога,
Тогда расходятся морщины на челе,—
И счастье я могу постигнуть на земле,
И в небесах я вижу Бога.

Стихи о природе для детей

Афанасий Фет

Мама! глянь-ка из окошка —
Знать, вчера недаром кошка
Умывала нос:
Грязи нет, весь двор одело,
Посветлело, побелело —
Видно, есть мороз.

Не колючий, светло-синий
По ветвям развешан иней —
Погляди хоть ты!
Словно кто-то тороватый
Свежей, белой, пухлой ватой
Все убрал кусты.

Уж теперь не будет спору:
За салазки, да и в гору
Весело бежать!
Правда, мама? Не откажешь,
А сама, наверно, скажешь:
«Ну, скорей гулять!»

***

Ласточки пропали,
А вчера зарёй
Всё грачи летали
Да, как сеть, мелькали
Вон над той горой.

С вечера все спится,
На дворе темно.
Лист сухой валится,
Ночью ветер злится
Да стучит в окно.

Лучше б снег да вьюгу
Встретить грудью рад!
Словно как с испугу
Раскричавшись, к югу
Журавли летят.

Выйдешь — поневоле
Тяжело — хоть плачь!
Смотришь — через поле
Перекати-поле
Прыгает, как мяч.

Стихотворения о родном крае. «Край ты мой, родимый край…» (обзор). Уроки литературы в 7 классе

В пособии представлены уроки чтения, обсуждения и анализа текста, внеклассного чтения и развития речи, текущего и итогового контроля, способствующих активизации самостоятельной мыслительной деятельности учащихся на уроке и дома. Основа большинства уроков — групповая исследовательская работа.

УРОК 38
«КРАЙ ТЫ МОЙ, РОДИМЫЙ КРАЙ…» (ОБЗОР).
В. А. ЖУКОВСКИЙ. «ПРИХОД ВЕСНЫ»; И. А. БУНИН. «РОДИНА»;
А. К. ТОЛСТОЙ. «КРАЙ ТЫ МОЙ, РОДИМЫЙ КРАЙ…»
Урок развития речи 3

Основное содержание урока
Стихи русских поэтов XIX века о родной природе. Поэтическое изображение родной природы и выражение авторского настроения, миросозерцания.

Основные виды деятельности.
Восприятие и выразительное чтение стихотворений (в том числе наизусть). Устный или письменный ответ на вопрос (с использованием цитирования). Участие в коллективном диалоге. Определение общего и индивидуального, неповторимого в литературном образе Родины в творчестве русских поэтов. Анализ различных форм выражения авторской позиции.

I. Стихи русских поэтов XIX века о родной природе

Поэтическая пятиминутка.
Чтение наизусть стихов о родной природе, изученных в 5—6 классах (по выбору учителя).

Какие настроения вызывают прочитанные стихотворения?

II. Чтение и обсуждение статьи учебника «Стихотворения о родной природе» (см. статью ниже):

— Какое положение в общественной жизни России занимали крестьяне, самая многочисленная часть населения страны?

— Кто из писателей, поэтов и критиков защищал интересы крестьян? Почему?

— Какие чувства вызывало крестьянство у русской интеллигенции:
жалость, потому что оно было самым обездоленным классом;
веру в его мощные нравственные и духовные силы;
восхищение смирением и долготерпением русского народа;
осуждение вековой покорности мужиков, стремление пробудить в их душах протест? Обоснуйте свой ответ.

— Почему литературовед В. И. Коровин утверждает, что «в поэзии издавна осень, зима, весна и лето означают нечто большее, чем обычные времена года»? Как вы понимаете эти слова? Приведите примеры из стихов, изученных в 5—6 классах.

— Выполнение задания 1 из раздела учебника «Проверьте себя».

III. Групповая работа:

Группа 1. В. А. Жуковский. «Приход весны».

Прочитайте стихотворение выразительно.

Назовите описанное в нём чувство.

Какие метафоры и олицетворения использует поэт, рисуя весну? Какую роль они играют в понимании текста?

Как связаны у поэта жизнь природы и человеческая жизнь? Докажите, что у Жуковского природа — живая.

*Почему в описании весны использовано мало глаголов, а действия выражаются существительными?

*С какой целью поэт включает в текст стихотворения риторические вопросы?

*Почему для автора «жизнь души» и «весны приход» становятся почти синонимами?

*Какое настроение придаёт тексту его стихотворный размер и ритм?

Группа 2. А. К. Толстой. «Край ты мой, родимый край…».

Прочитайте стихотворение выразительно.

Назовите описанное в нём чувство.

Какие образы и картины поэт считает характерными для России, русской деревни?

Какую роль играют обращения и восклицательные предложения?

Докажите, что А. К. Толстой рисует «звуковой» образ Родины.

*Почему в описании русской природы поэт не употребляет глаголов?

*Как связаны в стихотворении природа и внутренняя жизнь человека?

*Какое настроение придаёт тексту его стихотворный размер и ритм?

Группа 3. А. К. Толстой. «Благовест».

Прочитайте стихотворение выразительно (можно на фоне колокольных звонов, см.: http://www.zvon.ru/zvon4.view5.html).

Назовите описанное в нём чувство.

Что такое благовест?

Бла́говест — церковный звон одним большим колоколом (в отличие от перезвона или трезвона), извещающий о начале богослужения. Он совершается так: сначала производится три редких, медленных протяжных удара, а затем следуют мерные удары.

Какой образ является в стихотворении центральным?

Сопоставьте стихотворение «Благовест» с репродукцией картины А. Саврасова «У ворот монастыря».

Как звукопись создаёт иллюзию колокольного звона?

Как влияет колокольный звон на русского человека?

*В стихотворении поэт неоднократно использует многосложные слова (по 4—5 слогов). Из-за этого часть ударений, обязательных для стихотворного размера, пропадает. Какую мелодию придают тексту эти пропуски ударений?

*Найдите в тексте неожиданные, богатые рифмы. Был ли А. К. Толстой новатором в поисках новых рифм для своих стихов? Обоснуйте свой ответ.

Группа 4. А. К. Толстой. «Замолкнул гром, шуметь гроза устала…».

Прочитайте стихотворение выразительно.

Назовите описанное в нём чувство.

Какова композиция стихотворения? Как в ней «уравновешены» природа и человек?

Какие краски и звуки создают картину окончания грозы?

*Как глаголы передают в стихотворении движение времени: прошлое, настоящее и будущее?

*Какова смысловая роль глагола в повелительном наклонении в предпоследнем стихе?

*Только ли о грозе это стихотворение? Обоснуйте свой ответ.

От чего предостерегает поэт своего читателя?

Группа 5. И. А. Бунин. «Родина».

Прочитайте стихотворение выразительно.

Назовите описанное в нём чувство.

Каким воспринимает поэт окружающий мир?

Каково его отношение к Родине?

Есть ли разница в восприятии первого и второго четверостиший?

В чём, по-вашему, разница: серое небо и мёртвенно-свинцовое?

Какого цвета первая строфа?

Какой цвет доминирует во второй строфе?

Какие звуки и запахи вы ощущаете, читая стихотворение?

Почему зимний день не кончается, а меркнет?

Подберите однокоренные слова к этому глаголу и уточните его лексическое значение.

*Какой образ создаёт близкое расположение слов, сходных по звучанию: мёртвенно, меркнет, сумрачно, угрюмо?

Как понять выражение кроткая печаль?

Какой оттенок придаёт настроению слово смягчает?

*Подсчитайте, какие согласные звуки повторяются в этом тексте чаще других.

*Какой образ создаёт эта звукопись?
(При подсчёте оказывается, что чаще всего повторяются согласные звуки н и м, что, возможно, создаёт иллюзию монотонности движения. )

IV. Поэтическое изображение родной природы и выражение авторского настроения, миросозерцания

О б о б щ а ю щ а я  б е с е д а:

Что общего в стихах о родной природе и чем они различаются?

Какие нравственные законы скрыты в стихах поэтов о природе?

Какую роль играют в этих стихах звукопись, метафоры и олицетворения, сравнения, глаголы (или их отсутствие), поэтический синтаксис (обращения, вопросы, восклицания и др.)?

Какое значение имеют в этих стихах краски и звуки?

*Какова смысловая роль ритма, рифм и стихотворного размера?

*Какие формы выражения авторской позиции вы заметили?

Практическая работа.
Составление плана анализа стихотворения.

— Проанализируйте план анализа стихотворения (см. урок 20).

— Выберите из плана те позиции, которые актуальны для анализа каждого стихотворения о Родине и родной природе.

— Составьте план анализа стихотворения (по группам) и проанализируйте его устно. Проиллюстрируйте свой анализ примерами.

— Объясните пословицы из раздела учебника «Совершенствуем свою речь». Как их использовать в домашней письменной работе?

И т о г о в ы й  в о п р о с:

Что дорого читателю в стихах о Родине и родной природе?

Домашнее задание

Письменно проанализировать стихотворение о Родине и родной природе (см.: «Творческое задание» учебника)
или ответить на итоговый вопрос урока.

Выполнить задание 2 из раздела учебника «Проверьте себя».

Прочитать рассказ И. А. Бунина «Цифры».

Индивидуальное задание.

Подготовить устный рассказ о детстве и юности И. А. Бунина, о портретах писателя и памятниках ему с использованием справочной литературы и ресурсов Интернета.

Следующие уроки: И. А. Бунин «Цифры» >>>

Источник: Беляева Н. В. Уроки литературы в 7 классе. – М.: Просвещение, 2017.

Воспевание красоты и богатства родного края в творчестве Галины Боженко

Аннотация

Урок литературы в 7 классе, который позволит расширить представление учащихся о творчестве поэтов родного края. Поможет совершенствовать навыки анализа стихотворения; развивать интерес к поэзии, вызвать зрительные образы при чтении стихотворений, понять настроения, чувства поэтов.

Поможет раскрыть значение родной природы для  воспитания чувства  любви к большой и малой Родине;  развивать  эмоционально-чувственную сферу учащихся  в процессе анализа стихотворений; воспитывать чувство ответственности  и взаимопомощи  в условиях работы группы.

Создает  в классе творческую обстановку, прививает интерес к предмету;  воспитывает чувства прекрасного, эстетический вкус, дисциплинирован-ность, внимательное  отношение  к словам товарища.

Тема: Воспевание красоты и богатства родного края в творчестве Галины Боженко.

Цели урока:

 Расширить представление  учащихся о творчестве поэтов родного края; познакомить  со стихами Галины Боженко о русской природе;

 Совершенствовать навыки анализа стихотворения; развивать интерес к поэзии – помочь вызвать зрительные образы при чтении стихотворений, понять настроения, чувства поэта.

Раскрыть значение родной природы для  воспитания чувства  любви к большой и малой Родине;  развивать  эмоционально-чувственную сферу учащихся  в процессе анализа стихотворений; воспитывать чувство ответственности  и взаимопомощи  в условиях работы группы;

Создать в классе творческую обстановку, прививать интерес к предмету, приобщать учащихся к современным технологиям;  воспитывать  чувства прекрасного, эстетический  вкус, дисциплинированность, внимательное  отношение  к словам товарища.

Оборудование урока:

Портрет Галины Боженко;

Распечатки стихотворений;

Альбомные листы, гуашевые или акварельные краски.

Методические приемы:

Пояснение учителя, подготовленное выразительное чтение

стихотворений, аналитическое чтение,  беседа;  анализ поэтического текста, элементы интерактивного обучения (творческое задание), устное рисование, сочинение четверостиший  по рифмам.

Ход урока.

Есть просто храм,

Есть храм науки.

А есть еще природы храм-

С лесами тянущими руки

Навстречу солнцу и ветрам.

Он свят в любое время суток,

Открыт для нас в жару и стынь.

Входи сюда,

Будь сердцем чуток.

Не оскверняй его святынь.  

С.Смирнов

 

Организационный момент

Чтение эпиграфа

Мотивация учебной деятельности

«Если мне хочется иногда жить до ста двадцати лет, то только потому, что мало одной жизни, чтобы испытать до конца всё очарование и всю исцеляющую силу нашей русской природы. Любовь к родной природе – один из вернейших признаков любви к своей стране.» К. Г. Паустовский

1. Слово учителя

Природа – это неисчерпаемый благодатный источник поэзии, живописи, музыки, вообще искусства. Пейзаж часто созвучен чувствам, настроениям человека. Родная природа привычна для нас, но не каждый способен разглядеть её красоту. Люди искусства могут увидеть в привычном прекрасное, новое, необычное. Известный русский композитор П.И.Чайковский написал прекрасную музыку «Времена года», в которой можно расслышать и звон бубенчиков тройки, бегущей по морозной дороге, и осеннюю грусть, пережить пробуждение природы весной и жаркий летний день.

Художники при помощи кисточки и красок передают красоту родной природы.

Что изображено на картине?

 

Пейза́ж (фр. Paysage, от pays — страна, местность) — жанр изобразительного искусства (а также отдельные произведения этого жанра), в котором основным предметом изображения является первозданная, либо в той или иной степени преображённая человеком природа.

От слова «пейзаж» произошло название жанра лирики – пейзажная. Поэты, используя разные изобразительные средства языка, описывают природу в разные времена года. Однако в поэзии издавна осень, зима, весна и лето всегда означают большее, чем обычные времена года. Например, весна связана с пробуждением и расцветом жизненных сил. – Какую еще роль играет природа в жизни человека? Вывод: Природа изображалась в лирике не просто фоном, на котором проходит жизнь и деятельность человека, но и неотъемлемой частью его души. Природа неотделима от чувства родной земли,  связана с «малым домом» родного края и с «большим домом» – Отчизной, но у каждого поэта свое видение и отношение к русской природе. Тема природы в поэзии неразрывна с темой любви к родине, к местам, где человек родился, познавал мир вокруг, учился видеть и ценить красоту в самых простых вещах: в первом подснежнике, в пении соловья, в шелесте травы. III. Объявление темы и целей урока

– Какие поэты воспевали о красоте родного края? Назовите их.

– А каких поэтов и писателей родного края знаете Вы?

– Сегодня мы поговорим с Вами о воспевании красоты и богатства родного края в творчестве Галины Боженко.

Цель нашего урока:

Расширить наши представление о творчестве поэтов родного края; познакомиться  со стихами Галины Боженко о русской природе. 

Совершенствовать навыки анализа стихотворения; развивать интерес к поэзии. Вызвать зрительные образы при чтении стихотворений, понять настроения, чувства поэта.

Раскрыть значение родной природы для  воспитания чувства  любви к большой и малой Родине;  развивать  эмоционально-чувственную сферу учащихся  в процессе анализа стихотворений.

IV. Работа над новой темой

Слово учителя о поэтессе

Имя донецкой поэтессы ГАЛИНЫ БОЖЕНКО хорошо знакомо любителям поэзии Донецка и Донецкой области, оно известно далеко за пределами Украины.

Сорок пять лет пишет свои искренние и трепетные строки автор этой книги и сорок пять лет стихи Галины Боженко неизменно находят своего читателя и слушателя в самых разных городах и посёлках, учреждениях и организациях, среди самых разных слоёв населения.

Для поэзии ГАЛИНЫ БОЖЕНКО нет возрастных границ: её стихи с удовольствием читают, слушают, учат наизусть, переписывают от руки и перекладывают на музыку.
ГАЛИНА НИКОЛАЕВНА живёт в Донецке тридцать два года и двадцать два года кряду радует своих земляков и почитателей её таланта новыми и новыми творческими работами. Сборник «БЕРЕГА » — тридцатая творческая работа автора.

Здесь, на берегах ВЕРЫ и НАДЕЖДЫ, ЛЮБВИ и ПАМЯТИ автор размышляет, грустит и радуется, прокладывая стихами незримый путь от сердца к сердцу, возводя мосты понимания и человечности, любви и добра, воздавая славу родной земле, любимому городу и людям Донбасса.

Ученик зачитывает стихотворение Г. Боженко “Городок мой в степи…» (приложение 1)

Работа с вопросами:

– О чем рассказывает нам автор? – Что воспевает поэтесса? Приведите доказательства из стихотворения.

– Каким чувством пронизаны строки?

– Какова тема стихотворения? – Идея данного стихотворения? – Какие выразительные средства использует поэтесса: …

4. Чтение и анализ стихотворения Г. Боженко «Хочу в шалаш на берег речки…» (приложение 2)

5. Работа над текстом стихотворения – Давайте словесно нарисуем картину, описанную в стихотворении. – Какой город описывает поэтесса? Какие строки подтолкнули вас на это? – Какова тема данного произведения? Стихотворение насыщено цветом, запахом, звуком родины. Она рисует поэтическую картину синим, зеленым, красным, желтым цветом. – Как мы это видим? – Какие художественные средства использует автор? В поэзии Боженко природа оживает. Перед нами предстает картина родного пейзажа. Излюбленное средство художественной выразительности, которое использует автор для этого – это….(эпитет). -Что такое эпитет? В каждом слове, в каждом образе чувствуется любовь поэта к родной природе. Так талантливо создал поэт прекрасный образ своей родины. – Почему поэтесса дала именно такое название данному стихотворению? – Что она имела в виду «шалаш»? (прямое и переносное значение этого слова) – Давайте определим идею данного стихотворения. В чем она заключается? В том, что Боженко ценит природу своего родного края за простоту, скромность, сдержанность, искренность. В себе автор также подразумевает эти черты, ведь она воспитана природой и думает с ней одну думу.

Вывод: Вот высказались все ученики. Какой можно сделать вывод? Что объединяет все  эти стихи? Как называется описание природы?

– Что такое пейзаж?

6. Анализ поэтического языка в стихотворениях Г.Боженко.

Задание группам  № 1 и 2:

Ученики 1 группы находят и выписывают  из первого стихотворения слова, обозначающие  и передающие цвет.

Ученики 2 группы   находят и выписывают  из второго стихотворения слова, обозначающие  и передающие цвет.

 Обсуждение.

– Какое стихотворение ближе вам? Свой ответ аргументируйте данными, поэтическими строчками.

7. Творческое задание на выбор. 

А) Попробуйте нарисовать цветовое видение родного края, переданные поэтом в стихотворениях, красками на альбомном листе. Это не должна быль сюжетная картина или пейзаж, а цветовые, эмоциональные ощущения поэтических строк, по возможности подпишите строки.

Учащиеся приступают к рисованию, затем рисунки оформляются в выставку.

Б) Сочинение стихотворения по предложенным рифмам.

Группа 1

Снег – смех,

Мороз – замерз.

Группа 2.

ручей – лучей,

нежный – подснежник.

Группа 3.

Небо – мне бы,

Солнце – оконце.

Группа 4.

 Морозы – слезы,

 Вьюга – с юга.

Группа 5.

Листья – мысли,

 В даль – жаль.

ПРОВЕРКА ВСЕГО СДЕЛАННОГО.

V. Домашнее задание на выбор:

1. Стихотворение наизусть (по выбору).

2. Эссе  «Красота спасет мир», «А душу можно ль  рассказать?»

3. Сочинить свое стихотворение, посвященное родному краю.  

VI. Рефлексия. Оценивание

Заполните листочки, которые лежат у вас на столах и  каждая группа зачитает свой ответ.

Я сегодня на уроке сделал (не) сделал открытие?

Мне больше всего понравилось на уроке?

Я могу похвалить себя за…?

VII. Подведение итогов.  Заключительное слово учителя.

Мы познакомились с Вами с поэтессой родного города Галиной Боженко с ее стихотворениями, рассмотрели сегодня  лишь некоторые стороны мира родной  природы  и поняли, что  природа – неотъемлемая часть души русского человека в стихах. Мы увидели, с какой любовью, наблюдательностью, мастерством пишет она свои стихи о Донецке, какие точные, красочные слова использует.  

Стихи помогают открывать красоту родного края, призывают охранять все живое, учат понимать язык природы. Поэзия – великое чудо. Но откроется оно, как и чудо, не сразу и далеко не всякому, а только человеку умному и доброму, чуткому и внимательному. Постарайтесь быть именно такими!

 

Хочу в шалаш на берег речки… Приложение 2

Галина Боженко -Донецк

ХОЧУ В ШАЛАШ НА БЕРЕГ РЕЧКИ
ИЛЬ НА ПОЛЯНУ В ЛЕС ГУСТОЙ,
И У КОСТРА, КАК ВОЗЛЕ ПЕЧКИ,
ОПРЕДЕЛИТЬСЯ НА ПОСТОЙ…

ХОЧУ Я СОЛНЕЧНОГО ЛЕТА
И ЛУННЫХ, БАРХАТНЫХ НОЧЕЙ,
И СОЛОВЬИНОГО РАССВЕТА
ПОД НЕБОМ РОДИНЫ МОЕЙ!

РОСОЙ ХОЧУ Я УМЫВАТЬСЯ,,
ЛАДОНЯМИ ЕЁ ЧЕРПАТЬ,
ЕЁ ПРОХЛАДОЙ ВОСХИЩАТЬСЯ
И НИКАКИХ ПРОБЛЕМ НЕ ЗНАТЬ!

И БОСИКОМ ИДТИ ПО ПОЛЮ,
ТЕПЛО ЗЕМНОЕ ОЩУЩАТЬ,
СТЕПНОЕ ВЕЧНОЕ РАЗДОЛЬЕ,
КАК ДОМ РОДНОЙ, ВОСПРИНИМАТЬ,

ОДЕТЬСЯ В ПРОСТЕНЬКОЕ ПЛАТЬЕ,
СПЛЕСТИ РОМАШКОВЫЙ ВЕНОК
И РАСПАХНУТЬ СВОИ ОБЪЯТЬЯ,
УСЛЫШАТЬ РАДОСТИ ПОТОК

И  КРАСОТОЮ  ВОСХИЩАТЬСЯ,,
ВОСТОРГА ВОВСЕ НЕ СКРЫВАТЬ,,
НАВСТРЕЧУ СОЛНЦУ УЛЫБАТЬСЯ
И ПУТЬ ЗЕМНОЙ СВОЙ ПРОДОЛЖАТЬ,

ВСТРЕЧАТЬ СЧАСТЛИВЫЕ РАССВЕТЫ!
С НАДЕЖДОЙ, ВЕРОЮ В ДУШЕ
И ЗНАТЬ,ЧТО РАЙ СОВСЕМ НЕ ГДЕ-ТО,, 
А ЗДЕСЬ, ВОТ В ЭТОМ    ШАЛАШЕ…

   

“Городок мой в степи. .. ” Приложение 1

Поклонюсь я тебе, мой поселок из детства,
Городок мой в степи, моя радость и боль
И спрошу тебя чутким, тоскующим сердцем:
– Как живешь ты и что там сегодня с тобой?

Как аллеи твои? Как там кружево кленов?
Кто любуется ими осенней порой?
Как живут тополя, что скрывают влюбленных,
Ива плачет о чем над моею скамьей?

Я о главном еще у тебя не спросила:
– Как мои земляки и чем славны их дни?
Где для дел своих добрых берут они силы
И какими заботами живы они?

И услышу я чутким, тоскующим сердцем,
Что живешь хорошо ты, что ладны дела,
Поклонюсь я тебе, мой поселок из детства,
Моей радости песня и гордости колокола!..

“Стихотворения собственного сочинения”. Стихи о природе, о родном крае, о природных явлениях.

Чудеса зимы  

 

 

Вчера осень за окном

А с утра бело кругом.

Шутит с нами так природа

Заменяя время года.

Снова будет холод, звон

И сосулек перезвон

И опять кругом сугробы,

Ёлки, словно воеводы.

Снегопады и метели

Заметают сосны, ели.

Непроглядная пурга,

Будто бабушка Яга.

Но как вышла я гуляю,

И морозный дух вдыхаю,

Сразу быстро поняла,

Как прекрасна всем зима.

Хоровод кружит снежинок,

Белых, маленьких пушинок,

Приземляются, кружатся,

На одежду все ложатся.

Чудо – звёздочки зимы,

Отчего и рады мы!

 

(написала 15.11 2016)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Смены года

 

 

Сорвался лист последний с ветки,

Внизу ещё лежат «монетки».

И хочется по ним бежать,

Листвой опавшею шуршать.

Вот чудеса творит природа!

Как интересны смены года!

Весну сменяет лето, осень

И тут зима идёт уж в гости.

Укрыты все поля зимой

Пушистой, белой пеленой.

Дома, как гномики стоят,

Все в белых шапках, целый ряд.

Гурьба ребят, бежит толкаясь,

То падая, то спотыкаясь.

Но веселы, и красный нос

Им щиплет Дедушка Мороз.

Как хороша, Зима- краса,

Но сменит и её весна!

 

 

 

(написала 15.11 2016)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Полевые цветы

Гуляю по лугу,

Любуюсь цветами.

Никто не сажал их

Растут они сами.

И вам их не надо

Рыхлить, поливать,

Любуйтесь красою,

Не надо их рвать!

Зачем нам букеты

Цветов полевых,

Нет краше просторов

Пестринок родных!

Такие простые

И радуют глаз.

Любуйтесь цветами

Их много у нас!

 

(написала 15.11 2016)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Декабрь

Ещё декабрь не настал,

А день уже короче стал,

Серее небо, ниже облака

И только вместо снега

Дождь идёт пока.

Но каждый день словно рулетка,

С утра грязь, слякоть,

А вечером заснеженная ветка.

Уж к ночи тихо хлопья полетят,

Запорошить все камушки хотят.

И тихо так кружась, ложась

Под утро сказка родилась.

А утром, выглянув в окно

Как – будто попадаешь ты в кино.

Бело кругом, деревья в серебре

И чувствуешь декабрь во дворе.

Зима в свои права вступает,

Вьюжит и снегом засыпает,

И чудным блеском серебрит,

От солнца вся земля горит.

Нас радует зима добром,

То золотом, то серебром.

И хочется все драгоценности схватить

И всему миру подарить.

Но только зачерпнув в лукошке

Остались мокрые ладошки.

 

 

(написала 15.11 2016)

 

 

 

Урок 19. край ты мой, родимый край…» (обзор) стихотворения русских поэтов xix века о родной природе. (в. жуковский. «приход весны»; и. бунин. «родина») – Литература – 7 класс

Урок 19. Край ты мой, родимый край…» (обзор). Стихотворения русских поэтов XIX века о родной природе. (В. Жуковский. «Приход весны»; И. Бунин. «Родина»)
1. Тема природы в искусстве и живописи
2. В. Жуковский. «Приход весны»
3. И. Бунин. «Родина»
4. А. Фет. «Вечер», «Это утро…»
Основное содержание урока
Не то, что мните вы, природа:
Не слепок, не бездушный лик —
В ней есть душа, в ней есть свобода,
В ней есть любовь, в ней есть язык…
Ф.И.Тютчев
Природа – это неисчерпаемый благодатный источник поэзии, живописи, музыки, вообще искусства. Пейзаж часто созвучен чувствам, настроениям человека. Родная природа привычна для нас, но не каждый способен разглядеть её красоту. Люди искусства могут увидеть в привычном прекрасное, новое, необычное.
Художники – пейзажисты подарили миру замечательные полотна.
Пейза?ж (фр. Paysage, от pays — страна, местность) — жанр изобразительного искусства (а также отдельные произведения этого жанра), в котором основным предметом изображения является первозданная, либо в той или иной степени преображённая человеком природа.
Известный русский композитор П. И. Чайковский написал прекрасную музыку «Времена года», в которой можно расслышать и звон бубенчиков тройки, бегущей по морозной дороге, и осеннюю грусть, пережить пробуждение природы весной, надежды, веры в будущее и жаркий летний день.
Сходную цель имеет и пейзажная лирика. Поэт наблюдает за явлениями природы, передаёт своё мироощущение, настроение,., состояние души.
Пейзажная лирика – это описание того, что человек видит вокруг себя.
Родоначальником в русской литературе пейзажной лирике был В. А. Жуковский.
«Его стихов пленительная сладость
Пройдет веков завистливую даль,» —
так сказал о В. А. Жуковском А. С. Пушкин, который считал себя его учеником, высоко ценил мастерство поэта и любил его как человека.
Жуковский любил русскую природу, воспел ее красоту в своих стихах; он отметил неразрывную связь состояния природы с душевными переживаниями человека.
В данном лирическом произведении Бунин использует различные художественные средства, позволяющие сделать изображенную поэтическую картину выразительней. Например, олицетворение «угрюмо меркнет зимний день» передает спокойную негу, разлитую в природе зимним вечером. Туман ассоциируется в восприятии лирического героя с кроткой печалью:
Один туман молочно-синий,
Как чья-то кроткая печаль…
Данное сравнение создает грустное настроение. Поэт одновременно и упоен открывшейся картиной, и грустит об уходящем дне. Стихотворение настраивает читателя не только на скрытое созерцание природы и упоение художественными образами, но и на различные мысли: о смысле жизни, безвозвратно уходящем времени. Таким образом, благодаря небольшому поэтическому произведению И. А. Бунина «Родина» у читателя появляется возможность заглянуть к себе в душу, в свой внутренний мир.
О чём заставило вас задуматься стихотворение?
Бунин заставляет нас всем существом подумать о том, что нельзя любить только сказочные картины. Родину человек любит такой, какой она есть. Мы учимся у поэта видеть и слышать, чувствовать, как это умел он. Учимся ценить Слово.
Афанасий Афанасьевич Фет – проникновенный лирик и блистательный мастер стихотворной формы, знаток античной культуры, переводчик поэзии древнего Рима.
У каждого поэта есть стихотворение, которое можно назвать его визитной карточкой. Таким стихотворением у Фета является «Это утро, радость эта»
Это утро, радость эта,
Это мощь и дня и света,
Этот синий свод,
Этот крик и вереницы,
Эти стаи, эти птицы,
Этот говор вод,
Эти ивы и березы,
Эти капли — эти слезы,
Этот пух — не лист,
Эти горы, эти долы,
Эти мошки, эти пчелы,
Этот зык и свист,
Эти зори без затменья,
Этот вздох ночной селенья,
Эта ночь без сна,
Эта мгла и жар постели,
Эта дробь и эти трели,
Это всё — весна.
1881 г.
Анализируя текст, мы видим, что оно небольшое по объему:
-произведение состоит из 3 строф;
– в каждой строфе – 6 строк;
– всего 18 поэтических строк.
Что необычного для вас в этом стихотворении?
1.В этом поэтическом шедевре одни имена существительные, совсем нет глаголов и постоянно повторяется слово “Это”. Имена существительные – 36 слов
Имена прилагательные – 2 слова
Местоимение “это” – 24 слова
Служебные части речи: союз “и” – 6 раз повторяется, предлог “без” – 2 раза.
О чем это говорит? Все имена существительные обозначают предметы, каждое из слов характеризует весну, дополняя и раскрывая весенний пейзаж, рисуя образную картину пробуждения природы, передает весеннюю суматоху.
2.произведение состоит из одного предложения. Этот приём “одного предложения” смог как нельзя лучше передать движение жизни,”воскрешение” природы весной
Назывные предложения делают стихотворение мелодичными, конкретно указывают на предметы, явления, которые волнуют поэта. С их помощью писатели, поэты лаконично и точно рисуют время и место действия, обстановку, пейзаж.
Еще одно стихотворение Фета, относящееся к пейзажной лирике: в нем изображается неброская красота русской природы. Поэт замечает ее неуловимые переходные состояния: как художник – пейзажист он рисует словесно, находя все новые оттенки и звуки.
ВЕЧЕР.
Прозвучало над ясной рекою,
Прозвенело в померкшем лугу,
Прокатилось над рощей немою,
Засветилось на том берегу.
Далеко, в полумраке, луками
Убегает на запад река.
Погорев золотыми каймами,
Разлетелись, как дым, облака.
На пригорке то сыро, то жарко,
Вздохи дня есть в дыханье ночном, –
Но зарница уж теплится ярко
Голубым и зеленым огнем.
(1855 г.)
Смысл названия стихотворения.
Вечер – это особое время суток, когда день становится ночью, время перехода, быстрой смены явлений. Поэт стремится увековечить эти переходящие моменты.
Композиция
состоит из трех строф каждая из которых объединена перекрестной рифмовкой.
Прошло много лет, но мысли его близки и понятны современным читателям, потому что творчество Фета – это увиденное и воплощенное в стихах мгновение.
Меняется политическая обстановка, меняется жизнь общества, но вечными остаются общечеловеческие ценности: любовь, душа, восхищение красотой природы, музыка – все то, что составляет мир поэзии русских поэтов XIX века
Основные понятия:
o Жанр
o Лирика
o Пейзажная лирика
o Мотив
o Тема
Литература (Т-6):
Литература. 7 класс. Учеб. для общеобразоват. организаций. В 2 ч. Ч.2 / В. Я. Коровина, В. П. Журавлев, В. И. Коровин. — 6-е изд., перераб. — М. : Просвещение, 2016.
Аркин И.И. Уроки литературы в 7 классах: Практическая методика: Кн.для учителя. – М.: Просвещение, 2008.
Турьянская Б. И., Комиссарова Е. В., Холодкова Л. А. Литература в 7 классе: Урок за уроком. — М.: ООО «ТИД «Русское слово—РС», 2000. — 256 с.
Разбор типового тренировочного задания
Одиночный выбор
Как называется средство художественной выразительности, основанное на переносе свойств одного предмета или явления на другие (например, «золотые каймы» облаков в стихотворении А. А. Фета «Вечер»?
1) сравнение
2) метафора
3) олицетвореие
4) гипербола
Стратегия выполнения задания:
1. Внимательно прочитайте вопрос, уяснив его содержание.
2. Вспомните, что обозначается терминами сравнение, метафора, олицетворение и гипербола.
3. Просмотрите сначала все варианты ответов, попробуйте объяснить и подтвердить каждую позиции текстом произведения.
4. Затем выберите единственно верный ответ и проверьте себя.
Разбор типового контрольного задания
Одиночный выбор
Эпитет – это
1) ….образное определение предмета, выраженное прилагательным
2) …сопоставление двух предметов посредством сравнительных союзов (изображение одного явления с помощью сопоставления с другим)
3) …переносное значение слова, основанное на сходстве одного предмета (явления) с другим
Стратегия выполнения задания:
1. Внимательно прочитайте вопрос, уяснив его содержание.
2. Просмотрите сначала все варианты ответов, попробуйте объяснить и подтвердить каждую позиции текстом произведения.
3. Затем выберите единственно верный ответ и проверьте себя.

Новые стихотворения поэтессы из Донбасса Анны Сыромятниковой

В 2016 году при поддержке Региональной общественной организации «Землячество Донбассовцев» города Москвы вышел сборник стихов талантливой поэтессы Анны Сыромятниковой, живущей в городе Макеевке, инвалид 1 группы. Буквально на днях к нам в Союз донбассовцев Санкт-Петербурга и Ленинградской области и в редакцию газеты «Общество и Экология» пришли от наших земляков и друзей из Донецка новые стихи Анны, которые мы с удовольствием публикуем. Новые стихи, написанные автором в защищающемся Донбассе, пронизаны трогательной лиричностью и любовью к природе и родному краю. Насладимся верным поэтическим словом:

 

Краеведческий музей

 

В музее тишь и благодать.

Живут незримой жизнью экспонаты.

Они о многом могут рассказать,

Они хранят события и даты.

 

Родной музей – истории штрихи

И современность с бытом повседневным,

Природа края дивной красоты,

Рассказ о людях необыкновенных.

 

Родной музей, ты выстоял в огне.

Враги твой дух прекрасный не сломали.

Ты снова ждешь нас вопреки войне.

Твои пенаты новой музой стали.

 

Цвети, Донбасс!

 

Цвети, Донбасс! Цвети и процветай!

Назло врагам, на зависть всем, кто предал,

Цвети, Донбасс – мой самый лучший край, —

И будет мир с салютами победы.

 

Цвети, Донбасс, для мира, для добра.

Живи в цветах, чтоб радоваться, верить,

Забыв, как сон, кровавые года,

Открыв в большое будущее двери.

 

Цвети, Донбасс! Влюбляйся, веселись,

Дари весну, сияй и в дождь, и в солнце,

Прославь в стихах и песнях свою жизнь,

Пусть каждый день в глазах твоих смеется.

 

Цветет Донбасс – мой край непобедим,

Он плоть и кровь великого народа.

Святою верой он, как сын, храним.

Донбасс – ребенок правды и свободы.

 

 

Ботанический сад

 

Волшебный мир природы,

Как тайна Бытия.

В любую непогоду

Эдем здесь ждет тебя.

 

Красиво, элитарно

Мир флоры в нем живет.

Деревья элегантны.

Цветы – мечты полет.

 

Сокровища Донецка

Дары оранжерей.

Здесь радуется сердце,

Прекрасен труд людей.

 

***

Любимый парк, цветы, природа…-

И верится, что смерти нет.

Душа в желаниях свободна,

Ей подражает целый свет.

 

Безумный май цветет и пахнет.

Улыбкам солнца нет конца…

Вновь взвиться в небо манит,

Святая радость – дочь Творца.

 

***

Дыханье безмятежно.

Цветенью нет конца.

Здесь мир сияет нежно

В предчувствии Творца.

 

Волшебно, гармонично

Рисует солнце день.

Природа мелодична.

Увита светом тень.

 

Мечта проникновенна.

Цвет Космоса – любовь.

Жизнь – музыка Вселенной.

Я в лирике без слов.

Стихи русских поэтов 19 века о родной природе

Стихи
русских поэтов 19 века
о родной природе.
Русский поэт, один из
основоположников
романтизма в русской
поэзии, сочинивший
множество элегий,
посланий, песен, романсов,
баллад и эпических
произведений. Также
известен как переводчик
поэзии и прозы,
литературный критик,
педагог.
Приход весны
Зелень нивы, рощи лепет,
В небе жаворонка трепет,
Теплый дождь, сверканье вод,Вас назвавши, что прибавить?
Чем иным тебя прославить,
Жизнь души, весны приход?
История создания
тесно связана с переводческой деятельностью
Жуковского и его увлечением творчеством немецких
поэтов. “Приход весны” является вольным переводом
произведения немецкого поэта Людвига Уланда, который
был популярен в 19 веке. Жуковский сделал перевод в
1832 году, однако напечатаны плоды его трудов были
только сорок лет спустя в журнале “Русский архив”, где
публиковались в конце 19 века литературные
произведения
и
исторические
зарисовки.
Тема стихотворения – весна, которая пробуждает
природу и сердце человека.
Жуковский в своем произведении мастерски передает эмоции
лирического героя, наблюдающего за пробуждением природы.
Также в стихотворении прослеживается и тема Родины –
несмотря на то, что это перевод с немецкого, поэт показывает те
признаки пробуждения природы, которые характерны для
России.
Композиция – это небольшое стихотворение всего из шести
строк условно разделяется на две части.
Первая погружает читателя в весеннюю атмосферу – кажется, что при
прочтении трех простых строчек можно почувствовать свежесть зелени
нивы и рощи и услышать лепет жаворонка. И хотя на первый взгляд
Жуковский просто перечисляет процессы, происходящие в природе,
описание получается очень живым и емким.
Вторая часть передает эмоции лирического героя, который наблюдает за
пробуждением новой жизни с особым сердечным трепетом. Он
использует популярное среди писателей 19 века сравнение, называя
весеннее время периодом “жизни души”. Эта метафора ярко показывает
отношение самого поэта к описываемому времени года.
Жанр
Это пейзажная лирика с элементами философского
рассуждения. Такой жанр идеально подходит для
идеи, которую выразил Жуковский – о тесной связи
эмоционального состояния человека с состоянием
окружающего его мира. Именно пейзажные
зарисовки составляют значительную часть
творческого наследия этого великого русского поэта.
Средства выразительности
1. Эпитет “теплый дождь” использован, чтобы подчеркнуть, что
речь идет именно о весне, ведь дожди бывают и осенью, но только
весной они теплые.
2. Метафоры :
– “лепет рощи” – показывает, что лирический герой
относится к весенней природе как к ребенку, который что-то
радостно лепечет, просыпаясь;
– “жизни души” – ярко показывает отношение самого поэта
к описываемому времени года.
Иван Алексеевич Бунин
(1870 – 1953)
русский писатель и
поэт,
лауреат
Нобелевской
премии по литературе.
Родина
Под небом мертвенносвинцовым
Угрюмо меркнет зимний день,
И нет конца лесам сосновым,
И далеко до деревень.
Один туман молочно-синий,
Как чья-то кроткая печаль,
Над этой снежною пустыней
Смягчает сумрачную даль.
Тема
В центре сюжета – унылая картина российской природы на фоне
меркнущего зимнего дня. В отличие большинства отечественных
поэтов и писателей, Бунин с большой долей критики относился к
окружающей действительности. Подобный подход можно смело
назвать суровой правдой жизни, не приукрашенной никакими
фантазиями и фальшивыми фразами. Поэт не склонен
идеализировать русскую природу. Более того, он выбирает
наименее подходящий момент для ее созерцания – последние
минуты уходящего зимнего дня. Ощущение тоски усиливается
при описании необъятности просторов, покрытых мрачными
сосновыми лесами.
Композиция
Произведение состоит всего из двух строф, однако им в полной
мере удается передать настроение автора, его идею.
Композиционно стихотворение делится на две условные части.
Первая часть полностью посвящена мрачному пейзажу России.
Перед взором читателя открывается весьма тоскливая картина
одного ничем не примечательного зимнего дня на закате. Второе
четверостишие более оптимистично. Ему удается сгладить
тяжелое чувство, вызванное после прочтения первой части.
Описание природы становится более мягким и ненавязчивым, и
навевает лишь светлую печаль.
Жанр
Произведение написано в жанре пейзажной лирики, и
представляет собой небольшую миниатюру о хмуром
зимнем вечере. Сквозь призму художественного
описания природы чувствуется настроение
лирического героя, его тяжелое душевное состояние.
Средства выразительности
В своем произведении Иван Алексеевич
использует разнообразные художественные
средства, призванные придать стиху глубину и
выразительность, максимально точно передать те
чувства, которые испытывал поэт при написании
этих строчек.
Эпитеты
«мертвенно-свинцовые», «молочно-синий»,
передающие палитру красок унылого зимнего
дня.
Сравнение
«один туман молочно-синий, как чья-то кроткая
печаль…»
Олицетворение
«угрюмо меркнет зимний день»
Метафора
«Родина – снежная пустыня».
Гипербола
«нет конца лесам сосновым»
Алексей Константинович Толстой
русский писатель, поэт
и драматург,
переводчик, сатирик из
рода Толстых.
Член-корреспондент
Петербургской АН.
Край ты мой, родимый край…
Край ты мой, родимый край!
Kонский бег на воле,
В небе крик орлиных стай,
Волчий голос в поле!
Гой ты, родина моя!
Гой ты, бор дремучий!
Свист полночный соловья,
Ветер, степь да тучи!
История создания
Об истории создания анализируемого стихотворения
известно мало. А. Толстой написал его в 1856 г., в период
стремительного продвижения по карьерной лестнице и
развития отношений с Софьей Миллер. До этого поэт
успел побывать в разных городах России. Все это, видимо,
и вдохновило на написание миниатюры «Край, мой
родимый край».
Тема
В анализируемом произведении поэт раскрывает вечную тему
любви к Родине. В контексте нее развивается и идея о том, что
родные просторы всегда восхищают человека своей
неповторимостью, самобытностью. В центре произведения
образы лирического героя и его родного края. Герой обращается
к приволью, выражая восхищение свободными необъятными
просторами. В ответе природы он не нуждается, ведь уверен, что
Родина любит своих сыновей, хоть и не говорит об этом.
Лирический герой наслаждается родными пейзажами и, кажется,
утопает в них. Заметно, что мужчина умеет не только слушать
природу, но и понимает ее язык. Герой не говорит о широких
нивах и высоких горах – традиционных для русской
литературы символах Родины. Бескрайние просторы он
описывает при помощи образов зверей и птиц.
Вторая строфа тоже начинается обращением к
Родине. За ним следует восклицание, адресованное
дремучему бору – неотъемлемому атрибуту русских
пейзажей. А. Толстой не подает детального
описания бора, ведь уверен, что воображение
читателя воспроизведет эту картину и без его
помощи. В этом четверостишии тоже находится
место звукам. Лирический герой наслаждается
свистом соловья и мерным шелестом ветра в степях.
В последнем стихе сливаются воздух, небо и земля.
Композиция
очень проста. Оно представляет целостный монологобращение лирического героя к родному краю.
Стихи постепенно образуют панорамную картину
русской природы. «Край ты мой, родимый край»
состоит из двух катренов, каждый из которых
относительно завершенный по смыслу.
Жанр
Жанр произведения – элегия, так как в нем нет
сюжета, зато есть описания природы. В
стихотворении ярко выражен созерцательный
характер.
Элегия – лирическое стихотворение, передающее
глубоко личные, интимные переживания человека,
проникнутые настроением грусти.
Средства выразительности
Особенность анализируемого стихотворения –
отсутствие глаголов. Этот прием позволяет создать
величавые пейзажи, замедлить движение в окружающем
лирического героя мире, чтобы читатель мог вдоволь
насладится природой. Несмотря на такую особенность,
пейзажные зарисовки не лишены динамизма. Читатель
легко представляет, как по широкой степи мчат кони, а в
небе пролетает стая орлов. Отсутствие глаголов не
мешает автору создавать использовать художественные
средства.
Метафоры:
«конский бег на воле», «в небе крик орлиных стай»,
«прозвенит девичий смех»
Эпитеты
дополняют пейзажные зарисовки и передают эмоции
лирического героя: «край родимый», «бор дремучий»,
«свист соловья».
В некоторых строках настроение лирического героя
подчеркивается аллитерацией.
Например, его восторг передается при помощи согласного
«р»: «Гой ты, бор дремучий!».

Пропавшая строфа из поэмы Нацагдоржа «Земля моя родная» — MongolInk

В. Джуна.

Недавно было много дискуссий по поводу новой «двуязычной» образовательной политики китайского правительства во Внутренней Монголии. Эта новая политика привела к сокращению обучения на монгольском языке в пользу обучения на китайском (см. также пост профессора Кристофера Этвуда).

С сентября 2020 года первоклассники монгольских школ теперь обязаны изучать китайский язык наряду с родным языком. Монгольские учебники морали и права, а также истории также будут заменены учебниками, написанными на китайском языке с 2021 и 2022 годов. Реформа не только сокращает использование монгольского языка как средства преподавания и обучения, заменяя учебники по общественным наукам, но также изменит их содержание. учебников монгольского языка. Беглый просмотр новых учебников по монгольскому языку и грамоте показывает, что произведения известных монгольских авторов были заменены переведенными произведениями китайских авторов. Историческая повесть о юности Чингисхана «Детство Тэмуджина», например, была заменена поэмой Мао Цзэдуна «Служение народу», а поэма «Монгольский язык», написанная известным монгольским писателем и ученым Б.Ринчин был заменен переводом эссе китайского писателя Вэйвэя «Кто самый дорогой человек», посвященного китайской Добровольческой армии во время Корейской войны в начале 1950-х годов. Если такие изменения бросаются в глаза при сравнении новых учебников со старыми, то другие изменения не столь очевидны, как, например, исчезновение последней строфы из самого известного стихотворения Нацагдоржа «Моя родина» (см. стихотворение ниже).

Борджгин Дашдоржийн Нацагдорж (1906-1937).Источник: Википедия.

Дашдоржийн Нацагдорж — монгольский поэт, писатель, драматург, один из основоположников современной монгольской литературы. За свою короткую жизнь в 31 год он написал множество работ. Поэма «Мой родной край» была опубликована в начале 1930-х годов и является одним из классиков монгольской литературы. В этом стихотворении автор воспевает первозданную природу Монголии и наполняет строки гордостью за героическую историю прошлого, наслаждением настоящим и надеждой на будущее.Первоначально он состоял из 12 строф, но известен монголам с 13 строфами. Последняя строфа гласит:

.

Родной язык, который мы изучаем с детства, является наследием, которое мы не можем забыть

Родина, где мы живем вечно, это место, откуда мы не можем покинуть

Имя Монгол имеет славу в мировой истории

Сердце всех монголов бьется с нашей родиной Монголией

Это моя родина

Монголия красивая.

 

Согласно профессору Казуюки Окада в 1955 году к стихотворению была добавлена ​​13 ^-я -я строфа, или последняя строфа, которая была взята из одного из его поздних стихотворений по истории составителями сборника сочинений Нацагдоржа после его смерти. Эта расширенная версия стала хорошо известна на Монгольском нагорье, на протяжении десятилетий преподавалась в школах как Монголии, так и Внутренней Монголии. Во Внутренней Монголии стихотворение было включено в учебник по языку и литературе монгольской средней школы.Таким образом, мало кто помнит, что последняя строфа была из другого стихотворения.

Прекрасные рифмы Нацагдоржа деликатно передают природу монгольского нагорья и любовь монголов к своему великолепному дому и, следовательно, затрагивают струны сердца всех монголов. В частности, 13 ^й или последняя строфа стихотворения была реконтекстуализирована в различных контекстах, начиная от движения за возрождение культуры и заканчивая конкурсом каллиграфии и онлайн-рекламой товаров на монгольскую тематику (см. рис. 1). ниже).Последняя строфа, посвященная родному языку и связи с родиной, вызывает гордость за монголов и любовь к их языку, культуре и кочевому скотоводческому образу жизни.

Последняя строфа Моя Родина с изображением Чингисхана (Источник: сообщение WeChat.)

Неудивительно, что удаление этой части из поэмы в недавно переработанном учебнике вызвало недовольство монголов. Редакторы новых учебников, возможно, не знали, что последней строфы не было в оригинальной части стихотворения.Однако, даже если бы они знали, удаление этой эмоционально нагруженной строфы в контексте весьма спорной реформы образования делает ее интеллектуальной и политической проблемой. В контексте удаления других частей монгольской истории и культуры из других учебников становится ясно, что редакторы учебников стремились отговорить молодых монголов от привязанности к своему языку и культурному наследию. Это недобросовестное удаление текста еще больше разожгло недовольство и гнев монголов предложенной новой моделью образования. Вмешавшись в стихотворение, реформаторы, стремящиеся деполитизировать этническую культуру и идентичность, возможно, невольно политизировали знаменитый поэтический текст.

 

Моя Родина (Перевод Джона Гомбожаба Хангина)

Великолепны хребты Хэнтэя, Хангая и Саяна.

Покрытые лесом горы – красота севера

Огромны Гоби Менен, Шарга и Номин

Моря песчаных дюн, верховья на юге

Это моя родина

Монголия красивая

Кристально чистые реки Херлен, Онон и Тола

Множество целебных фонтанов и горячих источников

Голубые озера Кубсгуль, Убса и Буир

Реки и паводки утоляют жажду людей и животных

Это моя родина

Монголия красивая

Великолепны реки Орхон, Селенга и Хохул

Многочисленны горные перевалы, богатые полезными ископаемыми

Древние памятники, множество разрушенных городов

Широкие магистрали, уходящие вдаль

Это моя родина

Монголия красивая

Заснеженные горы сияют издалека

Чистое голубое небо над степью, равниной и полем

Величественные ледниковые пики видны вдали

Обширные воздушные долины, успокаивающие разум человека

Это моя родина

Монголия красивая

Между Хангаем и Алтаем лежит земля Халха

Где мы с детства скакали туда-сюда

Длинные низкие предгорья, где мы охотились на оленя и дичь

По прекрасным долинам и впадинам мы мчались на наших быстрых конях

Это моя родина

Монголия красивая

Колыхающееся море травы под легким бризом

Очаровательны миражи широких открытых равнин

Земля с суровым рельефом, которая производит лучших людей

Вот священные высоты, почитаемые с давних времен

Это моя родина

Монголия красивая

Роскошные пастбища с мелкой травой

Здесь широкое поле, пересекаемое нашими путями

Земля, по которой можно двигаться в любое время года

Там, где почва богата пятью видами злаков

Это моя родина

Монголия красивая

Священные горы, где покоятся наши предки

Земля, где наши дети выросли и воспитывают своих детей

Луга и долины, заполненные пятью видами скота

Вот земля, которая объединяет всех нас, монголов

Это моя родина

Монголия красивая

В знойную стужу – одеяло из льда и снега

Земля сияет, как хрустальное зеркало

В теплое летнее время распускаются цветы и листья

Земля, куда прилетают далекие птицы, чтобы петь свои песни

Это моя родина

Монголия красивая

Благодатная целина между Алтаем и Хангаем

Земля нашей вечной судьбы, где покоятся предки

Земля, созревшая под золотыми лучами солнца

Вечная земля под серебряной луной

Это моя родина

Монголия красивая

Родина наших предков со времен хунну

Земля великого могущества во времена синих монголов

Земля, к которой мы с каждым годом все больше привыкаем

Земля, где сейчас развеваются малиновые флаги

Это моя родина

Монголия красивая

Любимая страна всех нас, кто здесь родился и умрет

Враг, посмевший вторгнуться на нашу землю, погибнет

Давайте построим наше революционное государство на земле, предназначенной

Тогда давайте пойдем высоко к прекрасному будущему новому миру

Это моя родина

Монголия красивая

 

Ссылки :

Казуюки Окада, «Д. Natshagdorjiin «Minii nutag» ba «Tüühiin shüleg»-iin xarichaa’, in B. Mönhbayar eds, IIh Zoholch D. Natsagdorj Shine Sudalgaa II (Улан-Батор, 2017), стр. 40-54.

Джон Гомбоджаб Хангин, «Дашдоржийн Нацагдорж (1906-1937)», в Бюллетень монгольского общества Том 6. № 1(11), 1967, стр. 15-22.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Новый сборник стихов Джой Харджо выдвигает проблемы коренных народов на первый план | Искусство и культура

Харджо на кинофестивале «Сандэнс» 2005 года в Парк-Сити, штат Юта.Карло Аллегри / Getty Images

Увидеть живое выступление Джой Харджо — это трансформирующий опыт. Всемирно известный исполнитель и поэт народа Маскоги (Мвскоке)/Крик переносит вас словом и звуком в среду, подобную утробе, повторяя традиционный лечебный ритуал. Золотые ноты альт-саксофона Харджо заполняют темные углы серой университетской аудитории, пока публика вдыхает ее музыку.

Харджо родилась в Талсе, штат Оклахома, и выросла в доме, где доминировал ее жестокий белый отчим.Сначала она выразила себя через живопись, прежде чем погрузиться в книги, искусство и театр как средство выживания; ее выгнали из дома в 16 лет. Хотя она никогда не жила в резервации и не изучала язык своего племени, в 19 лет она официально вступила в племя Маскоги и остается активной по сей день. Хотя у нее смешанное происхождение, в том числе маскоги, чероки, ирландцы и французы, Харджо больше всего идентифицирует себя со своими индейскими корнями. 19 июня Библиотека Конгресса назвала ее поэтом-лауреатом США, первым коренным американцем, занявшим эту должность; она официально возьмет на себя роль в следующем месяце.

Хотя английский – единственный язык, на котором Харджо говорила в детстве, у нее были очень сложные отношения с ним, поскольку она рассматривала свое владение языком как пережиток усилий американских поселенцев по уничтожению идентичности коренных жителей. Тем не менее, она провела свою карьеру, используя английский язык в поэтических и музыкальных выражениях, превращая коллективную местную травму в исцеление.

«Поэзия использует язык, несмотря на языковые ограничения, будь то язык угнетателя или любой другой язык», — говорит Харьо.«По сути, это за пределами языка».

В «Американский рассвет» , 16-м сборнике стихов Харджо, выпущенном Нортоном на этой неделе, она продолжает свидетельствовать о насилии, с которым столкнулись коренные американцы после Закона Эндрю Джексона о переселении индейцев. Ее слова выражают то, что прошлое, настоящее и будущее являются частью одной и той же непрерывной нити.

Американский восход: стихи

Потрясающий новый том от первого индейского поэта-лауреата Соединенных Штатов, основанный на ее племенной истории и связи с землей.

Купить

«Поведение или история каждого человека влияет на всех остальных, — говорит Харьо. «Я думаю о каждом поколении в спирали, выступающем вместе за исцеление, и, возможно, к этому оно и приходит. То, что делает каждый из нас, вызывает волны вперед и назад. Каждый из нас должен уметь рассказывать свои истории и уважать их».

Кевин Говер, гражданин племени пауни и директор Смитсоновского национального музея американских индейцев, впервые увидел выступление Харджо со своей группой Poetic Justice в середине-конце 80-х.Он говорит, что она, как и все великие поэты, пишет от сердца, но у нее есть особый способ передать точку зрения коренных американцев.

«Она видит вещи так, как это хорошо знакомо другим коренным жителям», — говорит он. «Не с точки зрения мнения или точки зрения, а просто как взгляд на мир. Многие ее метафоры связаны с миром природы и тем, как мы видим эти вещи. Она также выражает боль и историческую травму, с которыми хорошо знакомы коренные жители.

Новые стихи, которыми она делится в «Американский восход солнца» , посвящены всему, что было украдено — от материальных ценностей до религий, языка и культуры — и их детям, чьи «волосы были острижены, их игрушки и одежда ручной работы сорваны с них». Она также говорит со своими собратьями по рождению и предлагает резкие предупреждения о том, чтобы не потерять себя из-за ложной свободы веществ, а также приглашает стоять прямо и праздновать свое наследие: «И неважно, что происходит в эти времена разрушения—/ Неважно диктаторов, бессердечных и лжецов, / Все равно — ты рожден от тех, / Кто держал в руках церемониальные угли / Через версты неумолимого изгнания….

В конце 1960-х годов, когда процветала вторая волна возрождения коренных американцев, Харджо и другие писатели и художники коренных народов нашли общность в более полном пробуждении своей идентичности коренных жителей, переживших этнические чистки. Единственный способ понять наследственную травму — превратить боль в искусство, переосмыслившее их нарративы отдельно от белой культуры.

В заглавном стихотворении своего последнего сборника Харьо противопоставляет землю барам, где туземцы «пили, чтобы помнить, чтобы забыть.Потом гнали «на край горы, с барабаном. Мы / осмыслили нашу прекрасную безумную жизнь под звездными звездами». Вместе они вспомнили о своем чувстве принадлежности к племенной культуре и к земле: «Мы знали, что все мы связаны в этой истории, немного Джина / прояснит тьму и заставит всех нас танцевать». Стихотворение заканчивается тоской по признанию и уважению: «Сорок лет спустя, а мы все еще хотим справедливости. Мы все еще Америка. Мы.”

Задолго до того, как Харджо была названа поэтом-лауреатом, выставив свое творчество на национальную сцену, она столкнулась с трудностями, пытаясь найти свою аудиторию перед лицом невидимости коренных американцев.

Несмотря на то, что она нашла некоторое положительное наставничество в уважаемой писательской мастерской Айовы, которую она закончила со степенью магистра иностранных дел, Харджо также испытала изоляцию в учреждении. «Я была невидимой или в гетто», — говорит она о своем пребывании там. В какой-то момент, выступая на приеме для потенциальных спонсоров, она услышала, как режиссер сказал, что программа больше предназначена для обучения писателей-мужчин. Даже при том, что она знала, что это было правдой, прямолинейность была шокирующей, чтобы услышать.

Harjo появился из программы примерно в то же время, что и его современницы Сандра Сиснерос и Рита Дав, которые в совокупности стали тремя самыми сильными поэтическими голосами своего поколения.

Позже в своей карьере Харджо внесла существенные изменения в свою игру. В возрасте 40 лет, находясь под сильным влиянием музыкальных ощущений джаза, она научилась играть на саксофоне, чтобы усилить воздействие своей устной поэзии. Она также играет на индейской флейте, укулеле и барабанах, чередуя их для разного эмоционального резонанса. «Музыка занимает центральное место в поэзии и в моем поэтическом опыте, — говорит Харьо.

Аманда Кобб-Гритэм, исследователь наследия чикасо, председатель программы изучения коренных американцев Университета Оклахомы и директор Центра коренных народов, читала, изучала и преподавала работы Джой Харджо более 20 лет.Она говорит, что для Харджо стихотворение выходит за рамки страницы. «В мире движутся звук, ритм и дух, — говорит она. «Может быть, это движет миром».

С пятью музыкальными альбомами, выпущенными в период с 1997 по 2010 год, и насыщенным графиком выступлений по сей день, Харджо оглядывается на свои ранние работы, предшествующие музыке, как на незавершенные. «Мои выступления основаны на музыкальном опыте, — говорит она. «Я слушал ранние поэтические выступления, до своего музыкального опыта с поэзией, и я звучу плоско, почти монотонно.

Присутствие на сцене Харджо несет в себе акт бунта. В ней есть место не только для исцеления изуродованных историй коренных американцев, но и для других коренных народов по всему миру.

Наше понимание межпоколенческой травмы в настоящее время подкрепляется новыми научными исследованиями в области эпигенетики, которые предполагают, что травма — это не просто результат непосредственного опыта индивидуума, но она может быть передана посредством генетического кодирования. Возможно, это одно из объяснений акцента Харджо на том, чтобы жить в мощных воспоминаниях предков.

«Я видела, как в памяти всплывают истории, которые раньше хранились у предков, — говорит она. «Однажды я оказался на поле битвы в битве при Хорсшу-Бенд, решающей битве или резне, по сути, последней битве против незаконного хода. Мой прадед в семи поколениях стоял со своим народом против Эндрю Джексона. Я чувствовал себя дедушкой. Я почувствовал то же, что и он, почувствовал запах и вкус пороха и крови. Эти воспоминания живут буквально внутри нас.

Говер подчеркивает, что назначение Харджо лауреатом премии поэтов США подтверждает ее талант как поэта, а также опыт и мировоззрение коренных американцев. «Те из нас, кто читал индейскую литературу, знают, что в сети постоянно появляется множество прекрасных авторов, и их становится все больше. Так что видеть одного из них удостоенным звания поэта-лауреата очень приятно для тех из нас, кто знает качество литературы коренных американцев».

Десять лет назад Харджо написала в газете своего племени Muscogee Nation : «Достаточно трудно быть человеком и тяжело быть индейцем в мире, в котором на тебя смотрят как на историю, на развлечение или на жертву…. Когда ее спросили, считает ли она, что повествование о коренных американцах вообще изменилось с тех пор, она указала на отсутствие значительного политического представительства: «Коренные народы до сих пор не имеют места за столом. Мы редко присутствуем в общенациональных разговорах». Сегодня культурное присвоение остается безудержным во всем, от моды до некоренных людей, небрежно называющих что-то своим тотемным животным.

В то время как она воодушевлена ​​такими проектами, как Reclaiming Native Truth, который направлен на то, чтобы дать коренным жителям возможность противостоять дискриминации и развеять американские мифы и неправильные представления об американских индейцах посредством образования и изменения политики, Харджо говорит, что при администрации Трампа коренные американцы находятся в аналогичном кризисе. точка, как в эпоху Эндрю Джексона.

«Мы снова обеспокоены нашим существованием как коренных народов», — говорит она. От продажи священной земли в Национальном монументе «Медвежьи уши» и Большой лестнице-Эскаланте до нападений на протестующих в Стэндинг-Рок и законов о подавлении избирателей, несправедливо направленных против коренных общин, живущих в резервациях, — многие коренные американцы видят, как история повторяется сегодня.

Кроме того, разлучение детей со своими семьями на границе отражает давнюю историю разделения детей коренных народов со своими семьями.«То, что происходит на границе, напоминает то, что происходило с коренными жителями в эпоху переселения», — говорит Харьо. До 1978 года, когда Конгресс принял Закон о защите детей в Индии (ICWA), государственные чиновники, религиозные организации и агентства по усыновлению регулярно практиковали разлучение детей с семьями в рамках усилий по ассимиляции, что разлучало и глубоко травмировало коренные общины

.

Харджо говорит, что старейшины всегда говорили ее поколению, что однажды те, кто украл у них и правил ими с помощью оружия, населения и законов, однажды придут к ним, чтобы вспомнить, кто они такие, чтобы выжить.«Я верю, что эти учения относятся к искусству, поэзии и представлениям коренных народов, но к ним нужно относиться с уважением».

Кобб-Гритэм добавляет: «Я знаю, что благодаря ее назначению лауреатом поэтессы США многие люди придут к пониманию ее поэзии как дара — дара, которым нужно делиться, дарить и получать».

Мудрость Харджо учит, что поэзия и музыка неразделимы, и она признает, что поэзия и активизм также имеют сильное родство. «Стихотворение, настоящее стихотворение, взбудоражит сердце, прорвется, чтобы открыть доступ к справедливости.

История американских индейцев Музей американских индейцев Книги Библиотека Конгресса История коренных американцев Коренные американцы Поэзия

Рекомендуемые видео

Возвращение на родину

Это не только мощная деконструкция колониализма, но и страстный призыв поэта к воображаемому возвращению в Африку своих предков. Это было отчаянное желание воссоединиться с «неуязвимым соком», с этим состоянием полной принадлежности Космосу. Но его значение в целом неправильно понималось — даже чернокожими интеллектуалами — как восхваление черноты или негритянства. Тем не менее, Воле Сойинка, как известно, заметил, что «тигр не превозносит свою тигриность». Конечно, тигр не должен заявлять о своей внутренней природе. Тигр олицетворяет осведомленность об окружающей среде; он расслаблен, осторожен, но уверен в себе, излучая грацию и силу в каждом своем движении.[Вы не связываетесь с тигром.] Черный человек был настолько дегуманизирован и травмирован господством белых, что для него становится необходимым первым шагом переопределить себя, заново открыть для себя свою человечность, свои корни в Африке, где генетическое путешествие началась вся человеческая раса. Утверждать свою черноту — значит не только бросить вызов его предполагаемому месту в общей схеме вещей, но и заново открыть для себя свою собственную историю — величие древних африканских цивилизаций, таких как Нубия, Эфиопия, Бенин и Египет, которые существовали, пока Европа все еще дремала в Темные времена. В Египте 21 год учился Пифагор, отец западной цивилизации; и где он придумал слово «философия», поиск истины.

В поэме подчеркивается психологический ущерб, причиняемый черным людям белыми людьми на протяжении веков.

На протяжении веков эта страна провозглашала нас грубыми зверями
Что………………………………….

Cahier остается страстным призывом к появлению нового человека с новыми ценностями, отличными от чисто материалистического обоснования Запада.Это также призыв вернуться к природе. На первый взгляд может показаться, что это просто оппозиционная позиция по отношению к власти белых, но на более глубоком и значительном уровне она артикулирует фундаментальную священную связь с жизненной силой, панпсихизмом или анимизмом, который информирует его, который взывает к возвращение на родину, к естественному положению вещей и сакральности бытия.

Черный человек, восстановивший свою подлинную историю и обретший свою потерянную душу, не должен попасть в ловушку стремления ассимилироваться с так называемыми цивилизованными ценностями своих угнетателей. Наоборот, он должен вернуться к своим традиционным ценностям общности и заботы; прославление внутренней доброты африканской жизни и обрядов посвящения; модус «бытия» в отличие от «обладания» западной культуры, воплощенный в концепции Модимо, где вся жизнь священна. И при этом он не должен проповедовать ненависть к другим расам.

В этот День Благодарения прочитайте исцеляющую песню индейского поэта

Во многих начальных школах по всей стране учащиеся наклеивают перья на мешки из коричневой бумаги, чтобы сделать головные уборы коренных американцев, аккуратно вырезают выкройки для больших черных шляп пилигримов с блестящими золотыми пряжками и встречаются за обеденными столами в столовой, украшенными тарелками с клюквенным соусом и зеленые бобы, чтобы воспроизвести историю Дня Благодарения, которая передавалась из поколения в поколение.

«Я думал о том, что Америка поет. Вот почему это стихотворение — песня — голос, призывающий к восстановлению».

Но для поэтессы Эллисон Адель Хедж Коук повествование о первом Дне Благодарения — когда, по мнению историков, английские паломники и племя вампаноагов собрались в современном Плимуте, штат Массачусетс, — это не преломление хлеба, а скорее попытка искоренить все население .

«Что они праздновали? [Пилигримы] праздновали захват власти.Они праздновали колонизацию. Они не прославляли коренные народы, которые помогли им выжить», — сказала она.

Hedge Coke, принадлежащий к смешанному индейскому происхождению, не отмечает американский праздник. В детстве ее старшая сестра Стефани вместо этого посещала Национальный день траура — ежегодную акцию протеста, организованную с 1970 года в осуждение Дня Благодарения, — и ее отец учил своих детей, что это «ужин, на который вы приглашаете людей, а они забывают вернуться домой. [Колонисты] уж точно никогда не возвращались в Европу», — сказала она

.

Для Hedge Coke слишком часто колонизаторы отмахивались от вины и заявляли, что их действия были направлены на общее благо, и эта идея позволяет угнетению передаваться из поколения в поколение, как песня, которую невозможно выбросить из головы.

Allison Adelle Hedge Coke опубликовала пять книг с голосами коренных жителей, чтобы привлечь внимание к тому, что происходит в их сообществах. Фото предоставлено Hedge Coke.

Но песни в культуре коренных американцев должны создавать пути для новых идей. Вот почему, когда Хедж Коук написала свое стихотворение «Америка, я пою в ответ», она считала каждое слово нотой в более широкой оркестровке нации. «Я думал о том, что Америка поет. Вот почему это стихотворение — песня — голос, призывающий к возрождению.

ПОДРОБНЕЕ: Расскажите детям о Дне Благодарения или Колумбе? Они заслуживают настоящей истории

Hedge Coke использует поэзию, чтобы усилить призыв коренных американцев к возрождению, и опубликовала пять книг с голосами коренных жителей, чтобы повысить осведомленность о том, что происходит в их сообществах. Для Hedge Coke узурпация ее народа европейскими поселенцами — не просто историческая проблема.

«Я хотел, чтобы геноцид, который все еще происходит с коренными народами, был обращен вспять, чтобы открыть окно для некоторого восстановления прав», — сказал Хедж Коук.

Спустя почти 400 лет коренные американцы говорят, что возрождение не наступило, и увековечивание повествования о Дне Благодарения может быть частью задержки.

Но некоторые преподаватели изменили способ преподавания этой истории и развенчали некоторые из устойчивых мифов. И сегодня Hedge Coke также указывает на победы Деб Хааланд и Шарис Дэвидс, которые стали первыми индейскими женщинами, избранными в Конгресс в ноябре этого года, как на знак прогресса и надежды.

«Я закончил стихотворение словами: «Америка, я пою в ответ».Повтори то, что воспело тебя», потому что я верю, что мы можем быть исцелены», — сказал Хедж Кока-кола. «Я верю, что доброта может найти свое место и вернуть Америке ее природное чудо».

_______________________________________________________________________________

America, I Sing Back
ALLISON ADELLE HEDGE COKE

для Фила Янга, моего отца, Роберта Хеджа Коула, Уитмена и Хьюза

Америка, я пою в ответ. Напойте то, что воспело вас.
Напойте тот миг, когда вы лелеяли вздох.
Вернись к себе и вернись к разуму.

О, прежде чем Америка начала петь, я пел ее, чтобы уснуть,
держал ее колыбель, плакал ее в день.
Моя песня дала свое творенье, приготовила ей роды,
держала ее разорванный шнур красиво украшенный бисером.

Моя песня помогла ей встать, держала за руку для первых шагов,

питал само ее существо, кормил ее, укреплял ее трех сестер.
Моя песня утешила ее, пока она боролась с моим разумом

сломал мою долго удерживаемую опору, как и любой ребенок.

Вот, когда она оттолкнула себя, заставила меня удалиться,
когда я плакала об этой стране, моя песня росла розами в каждой капле слезы.

Моя кровь прожила реки, окрашенные каменоломни каменоломен
кружили каньоны, пока она делала себя девственной прекрасной.

О, но вот я, вот я, вот, я остаюсь высоко на каждой и каждой вершине,
осторожно урча своим огромным подбрюшьем, готовым излить пение—

и снова буду петь, как делал всегда.

Никогда не молчит, разве что в компании незнакомцев, поющих

стоическое лицо, вежливый покой, вежливый, танцуя глубоко внутри, вежливый
Мать ее мира.Сестра самого себя.

Когда снова зазвучит моя песня. Когда я зову ее обратно в колыбель.
Позови ее, чтобы она заглянула в воду, увидела себя во тьме и свете,

днём и ночью, зови её подпевать, зови её повзрослеть, вообразить —

Тогда она преобразится. Моя песня сделает это так

Когда она вырастет далеко за пределы своей самонадеянной цели,
Я спою ей в ответ, спою ей в ответ. Я буду петь. О, я буду – я сделаю.

Америка, я пою в ответ.Повтори то, что ты пел.

Эллисон Адель Хедж Коук родилась в Амарилло, штат Техас, и выросла в Северной Каролине, Канада, и на Великих равнинах. Hedge Coke с ранней юности работал на фабриках, табачных плантациях, водоемах и в сфере общественного питания. Она закончила GED в 16 лет и продолжила изучать фотографию, традиционное искусство и письмо на уроках общественного образования в Университете штата Северная Каролина.

«Поэт-воин» Джой Харджо хочет, чтобы коренные народы считались людьми: NPR

ТЕРРИ ГРОСС, ХОЗЯИН:

Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ.Я Терри Гросс. Моя гостья, Джой Харджо, первая коренная американка, получившая звание поэта-лауреата США, и она всего лишь вторая поэтесса-лауреат, назначенная на третий срок, срок, который она сейчас отбывает. Ее новые мемуары «Поэт-воин» — это личная история, в том числе о том, как она научилась находить себя в духовном мире. Это также история о том, как ее семья связана с историей коренных жителей Америки. Она пишет о своем прадеде, который пережил «Тропу слез» — принудительное переселение на территорию, которая была определена как территория Индии.Так ее семья оказалась в Оклахоме.

Харджо является членом племени Маскоги-Крик и живет в Талсе. Помимо собственных сборников стихов, она редактировала книги «Когда покорился свет мира, пробились наши песни: антология поэзии коренных народов Нортона» и «Живые нации, живые слова: антология поэзии первых народов». .” В возрасте 40 лет Харьо начал играть на саксофоне. Она играет и декламирует свои стихи из своего нового альбома «Я молюсь за своих врагов».”

Джой Харджо, добро пожаловать на СВЕЖИЙ ВОЗДУХ.

ДЖОЙ ХАРДЖО: Спасибо. Я рад быть здесь.

ГРОСС: Я просто хочу начать с языкового вопроса. Я использовал выражение «коренной американец». В своей книге вы говорите, что вам не очень нравится это выражение, но я спросил вас об этом заранее, и вы сказали, что теперь оно вам нравится (смех). Вы меняете свое мнение. Итак, расскажите нам, какие слова вы любите использовать для описания своего наследия и почему у вас есть такое предпочтение или эти предпочтения.

ХАРДЖО: Ну, я вырос на терминах «индейцы» или «американские индейцы», и, конечно, это тоже проблематично. А коренные американцы вышли из академической сферы где-то в 80-х. Что касается меня, я остановился на просто родном языке с большой буквы, или иногда я использую коренные народы или даже, знаете ли, первые народы.

ГРОСС: Но вы сказали, что можно использовать индейцев. Объясните, почему вас это устраивает.

ХАРДЖО: Это стало повсеместным, и даже молодые люди используют этот термин.Хотя между собой мы называем друг друга именами наших племенных народов.

ГРОСС: Судя по вашим мемуарам, настоящим поворотным моментом для вас как человека и как поэта стало движение за расширение прав и возможностей коренных народов 60-х годов. За какие проблемы вы тогда боролись?

ХАРДЖО: 60-е я во многом отождествляю, знаете ли, с гражданскими правами. Знаете, это был сигнал человечеству, что страна огромная, нас больше и не у всех равные права. В конце 60-х я учился в школе-интернате для индейцев в Санта-Фе, штат Нью-Мексико.Не обычная школа-интернат, а школа искусств. И я помню, как слышал об убийстве Мартина Лютера Кинга. И все это было в новостях. И все мы были там молодыми художниками-аборигенами с восьмого класса до двухлетнего обучения в аспирантуре. Мы не ложились спать допоздна, разговаривая и создавая искусство вместе, и говорили о том, что значит быть коренным жителем, об истории и о том, как наше искусство было частью — оно было частью создания истории.

ГРОСС: И вы стали активистом?

ХАРДЖО: Да, я думаю, что я всегда был в некотором роде, вы знаете, это – я думаю, что я пришел к пониманию, что то, что мотивировало мое творчество, – это на самом деле сильная потребность в справедливости, чтобы люди относились к все.И когда я говорю о людях, я также имею в виду животных, насекомых, птиц, землю и земного человека, частью которого мы все являемся, ключевым элементом которого является уважение. И знаете, когда я стал более активно заниматься, будучи студентом Университета Нью-Мексико, я тогда рисовал и только начинал писать стихи. И я помню, как подумал, что если моя работа не делает ничего другого, когда я доживу до конца своей жизни, я хочу, чтобы коренные народы считались людьми.

ГРОСС: Были ли тогда конкретные вопросы, связанные с суверенитетом или равными правами, за которые вы боролись?

ХАРДЖО: Я помню, как сидел молодым человеком, студентом, присутствовал на встречах с представителями угольных компаний, урановых компаний на юго-западе, с коренными народами, пытающимися получить голос или пытающимися повернуть историю в сторону уважения к земле, уважения чтобы люди заботились, знаете ли, о качестве воды, о качестве жизни людей. И я помню, как однажды собирался написать статью сразу после разлива урана в Черч-Роке. И там были дети, играющие в воде и домашнем скоте. И говорящие на навахо говорили, что нам нужно слово. Я имею в виду, как нам придумать слово, которое будет говорить людям, что хоть ты и не видишь, здесь есть что-то опасное, что может навредить тебе, и ты не можешь использовать эти воды, когда они были единственным источником воды для своего скота?

ГРОСС: Я бы хотел, чтобы вы прочитали стихотворение, которое, как мне кажется, имеет отношение к тому, о чем мы говорим.И это в ваших новых мемуарах. И у него действительно нет названия. Это как-то интегрировано в текст. И первая строка: Поэт-воин потянулся за пистолетом.

ХАРДЖО: Хорошо, поехали.

(Чтение) Поэт-Воин потянулся за пистолетом. Ей дали кисть, саксофон, ручку. — Это будут твои инструменты власти, — сказал старый. Хотя пистолет сверкал и гарцевал как инструмент захвата власти правительствами, даже когда он плясал в воображении революционеров как идеальный инструмент для социальных изменений. Не обманывайся, сказали они ей. Насилие может быть громче, жестче и часто красиво выглядит. Сила проницательности и сострадания яростно скромна и полезна. Будьте готовы к тому, что требует история вашего возраста. Вы будете испытаны. Будет ревность, зависть. Но самые трудные враги будут из вашего ближайшего окружения, даже из вашей семьи. Вы должны действовать так, чтобы никому не причинить вреда, семь поколений назад или вперед.

ГРОСС: Это моя гостья Джой Харджо читает стихотворение из своих новых мемуаров «Поэт-воин.«Значит, ты был членом племени Маскоги с самого рождения. Что значит официально быть членом племени?

ХАРДЖО: Ну да, это становится очень горячей политической темой, потому что в этой стране есть федерально признанные племенные группы и племенные нации. Есть племенные нации, которые являются законными, но не признаны на федеральном уровне. Есть много поддельных племенных образований, которые пытаются претендовать на племенной статус по ряду причин. Так что определенно есть что-то в принадлежности.И, знаете, я думаю, как и любая семья – я думаю, для себя, давайте я просто положу это сюда. Вы знаете, я принадлежу к семье. А это моя семья.

ГРОСС: Я хочу спросить вас о вашем прадедушке, Монахви (тел.). Я правильно произношу его имя?

ХАРДЖО: Да, Монахви. Он прадедушка в шести поколениях.

ГРОСС: О, так он такой классный, отличный, отличный, отличный.

ХАРДЖО: Да, у меня есть прадедушка, Генри Марси Харджо, а затем мой дедушка в шестом поколении, Монахви, который сражался против Эндрю Джексона.

ГРОСС: И вы описываете его как одного из любимых лидеров нашего народа. Вы говорите, что он и его воины выступили против Эндрю Джексона и правительства США против незаконного переезда с нашей родины. Не могли бы вы описать удаление и закон, который сделал его обязательным?

ХАРДЖО: Что я могу сказать, так это то, что он пошел против закона. Эндрю Джексон – Президент Эндрю Джексон выступил против Конгресса, чтобы переселить юго-восточные коренные народы с их земель на территорию Индии, или то, что стало известно как Оклахома. Мы, конечно, не пошли добровольно. Было несколько потасовок и драк и даже массовых убийств против этого незаконного удаления. Но нас гнали с нашей родины. И я думаю, что многие в Америке думают — ну, они думают, что это только — существовали только чероки или так называемые пять цивилизованных племен, в которые входил Маскоги-Крик. Но такого рода выселения, вынужденная миграция или марши происходили по всей стране.

И мы были тронуты, потому что люди хотели эти земли. Они были очень богаты — юго-восток — очень богат ресурсами, водой, животными, растениями и так далее.Но мы потеряли, вероятно, по крайней мере половину наших людей на этом марше из-за лишений, замерзания, насилия, изнасилований и всего прочего, что происходило во время этих различных маршей переселенцев.

Я много думаю об Америке, когда они вспоминают историю и видят туземцев, мы были, вы знаете, мы прятались в лесу, носили лохмотья и так далее. И… но, вы знаете, у нас были огромные общества. У меня есть прапрапрадед, у которого было самое большое ипподром на Восточном побережье, человек из Маскоги-Крик и наполовину ирландец. И они этого хотели. Знаешь, они хотели того же, что и мы.

ГРОСС: Позвольте представить вас здесь. Если вы просто присоединяетесь к нам, мой гость – Джой Харджо, американский поэт-лауреат. Ее новые мемуары называются «Поэт-воин». Мы скоро вернемся после небольшого перерыва. Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ.

(ЗВУК ИЗ ПЕСНИ JOY HARJO, «КАК-ТО МИР БЫЛ СОВЕРШЕН»)

ГРОСС: Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ. И если вы только что присоединились к нам, мой гость — Джой Харджо, первый коренной американец, ставший поэтом-лауреатом.Сейчас она отбывает свой третий срок. Ее новые мемуары называются «Поэт-воин».

Мы немного поговорили об одном из ваших пра-пра-пра-прадедов. Твой прадед, Генри Марси Харджо, был очень важным человеком в твоей жизни, хотя я не думаю, что ты когда-либо встречал его. Я думаю, он умер до твоего рождения. В итоге он получил нефтяные деньги. И это действительно интересная история, которая также имеет отношение к истории коренных народов. Итак, вы хотите объяснить в самых простых терминах (смех), как он оказался на богатой нефтью земле и получил в результате много денег?

ХАРДЖО: Да, это история, которая произошла со многими коренными народами, которые были насильственно перемещены со своей родины, поскольку они помещали людей в земли, которые, по их мнению, никто не хотел или не считал, что, возможно, там жили другие люди. .Но они поместили бы нас на земли, которые больше никому не были нужны. И тогда, о чудо, кто-нибудь обнаружит уран, нефть, уголь или газ.

Итак, что произошло после того, как нас переселили в Оклахому и поселили в общинах, потому что у нас было общинное — это не было собственно владением — общинное пользование землей. Затем был принят Закон об отводах, или Закон Дауэса. И поэтому правительство США начало делить землю, что означало регистрацию людей, разделение земли и раздачу людям участков земли.Ну, один из тех участков, которые принадлежали моему прадеду и моей прабабушке в семье, был недалеко от Гленпула. Я думаю, это было в Кифере, маленьком поселке под названием Кифер, штат Оклахома, и это было одно из крупнейших нефтяных месторождений в стране. Я думаю, что это было самое большое месторождение нефти. Он был настолько огромен, что там были – Гленпул – город все еще там, Гленпул – был в основном нефтяным озером.

ГРОСС: Так ваш прадед сохранил права на нефть или продал ее нефтяной компании? Как он заработал деньги?

ХАРДЖО: Ну, они были – вы знаете, у него были права. Итак, вы знаете, он получал – они получали довольно большие чеки, я так понимаю, понимаете? Было – ездили в командировки. У него была первая машина в Окмулджи, штат Оклахома, так что дела у них шли неплохо. Но это история, которую я всегда хотел исследовать, потому что она заставила меня задаться вопросом, сколько коренные жители получают за баррель нефти по сравнению с некоренными людьми. И точно так же, как история, рассказанная в «Убийцах цветочной луны», многие граждане племени были убиты или люди женились на них, женились на разных гражданах из-за нефти.И были всевозможные махинации, связанные с воровством, включая убийство родителей, становление опекунами выживших детей и таким образом получение богатства. Итак, историй много.

Ну завелся – не знаю точно, что случилось. Я знаю, что мой отец получит лицензионные отчисления за нефть. А потом, когда он умер, мы получили лицензионные отчисления за нефть. Но к тому времени, когда он пришел в себя – его доля сократилась до четырех детей, нефтяной бум – и, вы знаете, многого уже не было. Таким образом, мы получили бы очень маленькие чеки.И вот однажды я получил письмо от нефтяной компании, в котором говорилось, что наши права проданы. И предъявили появившийся документ — оказалось, что мой отец продал свои права на добычу полезных ископаемых, но я не уверен, что это было на самом деле. Вы знаете, я не знаю. Я – вы знаете, это история – так что теперь у нас их нет. И это история, которую я всегда хотел расследовать, потому что я, знаете ли, не уверен, что это подпись моего отца. Их много – у меня много вопросов о том, что случилось и что случилось с другими акциями.

ГРОСС: К тому времени, как это случилось, ты уже не мог спросить своего отца.

ХАРДЖО: Верно.

ГРОСС: Местная традиция – это устная, а не письменная традиция. Как вы увлеклись книгами, стихами и языком? И были ли у вас люди, с которыми можно было разделить эту любовь?

ХАРДЖО: Я пытался вспомнить, как впервые столкнулся с чтением или книгами, потому что у нас их не было — единственной книгой, которая была у нас дома, кажется, была Библия. А мне картинки понравились.Знаете, в тех книгах часто были картинки — по крайней мере, та, что была у нас.

И когда я пошла в первый класс, когда мы начали учиться читать, я была так взволнована тем, что произошло с символами, что внезапно для меня открылся целый мир. Я мог читать. Я прочитал все книги в первом классе и был отправлен во второй класс, и это стало для меня голодом. Но звуки мне понравились. Конечно, мне нравится звук, который издают слова. Мне нравится перкуссия, перкуссионные элементы, образы и так далее.Так же, как, знаете, я – то же самое я слышал в песнях моей матери. Но чем больше я читал и чем больше росли мои способности, тем глубже я мог читать, тем больше историй, и я мог перемещаться во многом так же, как я мог быть в том виденном мире грез, когда был моложе. И когда мы добираемся до 7 лет, а я думаю, что это случается со многими из нас, мы отказываемся от этих сфер знания и понимания, и чтение помогло вернуть это.

ГРОСС: Ваша мать написала несколько песен, слов и музыки?

ХАРДЖО: Да. Она писала — когда я был совсем маленьким, она была — и она все еще была с моим отцом, она писала песни. И она была так влюблена в него. И это были баллады, и многие из них были очень грустными, но такими красивыми. И она шла и записывала демо. И руководитель оркестра — очень известный здесь руководитель оркестра Эрни Филдс взял одну из ее песен и аранжировал ее в оркестровую пьесу. Но она… да, она любила музыку, и у нее была старая пишущая машинка «Ундервуд», самая интересная вещь в доме, от которой мы должны были держаться подальше.Но это было – вы знаете, это могло составить слова. И все это прекратилось, когда они развелись. Но был момент, когда мы были погружены в музыку в нашем доме.

ГРОСС: Вы пишете, что жаждали ритуала, я думаю, когда вы росли и становились молодой женщиной, и вы как бы создали себе воображаемый ритуал. Я думаю, что одна из проблем, которые у вас были, когда вы переходили от подросткового возраста к взрослой жизни, заключалась в том, что, вы знаете, в период полового созревания вы чувствовали, что некому защитить вас от охоты мужчин и молодых мужчин. .Твой отец и отчим были жестокими людьми, так что ты не собирался полагаться на них, чтобы защитить тебя. Они были частью проблемы. Это одна из причин, по которой вы пытались использовать присутствие, я полагаю, духовное присутствие ваших прадедов?

ХАРДЖО: Да, я думаю, что всегда — мы не приходим — я не верю, что мы приходим в этот мир одни. У нас есть помощь. И у нас есть помощь, я думаю, от того, что люди называют другой стороной. Но они – вы знаете, есть взаимодействие, которое продолжается.И я понял это, особенно будучи художником, писателем, музыкантом, что, знаете ли, есть резонанс. Вы можете назвать это резонансами. Но да, я всегда это чувствовал — мой прадед, Генри Марси Харджо, был рядом со мной именно тогда, когда я нуждался в нем или его мудрости.

И я думаю, что это верно для всех. Я присутствовал при рождении нескольких своих внуков, и их всегда кто-то провожает. Так что, когда я писал эти мемуары, мне приснился сон ближе к концу их написания, и во сне я несу свою внучка в седьмом поколении. И это ритуал. Это ритуал, который мы все делаем, вы знаете, когда вы открываете одеяло и смотрите на них, и вы восхищаетесь ими, и вы смотрите на тех, кто входит, и вы приветствуете их. И вы можете — иногда вы можете видеть их дары и то, что они приносят, и благословлять их. И вот во сне я держала на руках свою внучку в седьмом поколении и сказала: «Вау, ты похожа на свою бабушку Рейни, и ты выглядишь как японка». И в уме, я думаю, мне интересно, что произошло в этой истории.

(СМЕХ)

ХАРДЖО: А потом… потом я… да. Так семь поколений, и я шел за ней, я переносил ее в ее историю, когда она рождалась. И я верю, что это действительно – в – я верю – это был один из тех снов, о которых я знаю, что это случилось, это происходит или это произойдет.

ГРОСС: Ваши мечты очень важны для вас. И из того, что я читал, похоже, что вы ведете несколько дневников, и один из них строго посвящен сновидениям. Имеют ли сны особое значение среди Маскоги?

ХАРДЖО: Думаю, да. Я имею в виду, сны – я знаю по себе – скажу только за себя, разве что они были – я бы даже сказал спутники. Это почти как писательство или то, во что вы вырастаете, то пространство, в которое вы попадаете, когда творите, понимаете, будь то поэзия, музыка или даже написание мемуаров. Вы входите в это пространство. Некоторые сны такие: ну, я съел слишком много пиццы или, знаете, мне нужно что-то здесь придумать, и это сработает, понимаете, через то, то или другое во сне. Но другие сны похожи – как сон о том, чтобы вынашивать внучку.Я всегда буду помнить это, потому что я был таким же живым и присутствующим там, как сейчас говорю с вами. И у меня было несколько снов, которые отметили важные поворотные моменты или события восприятия, которые помогли мне на этом пути.

ГРОСС: Давайте прервемся, а потом еще поговорим. Если вы только что присоединились к нам, мой гость — Джой Харджо, американский поэт-лауреат, и ее новые мемуары называются «Поэт-воин». Мы вернемся после небольшого перерыва. Я Терри Гросс, а это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ.

(ЗВУК БЕНДЖИ МЕРРИСОНА И УИЛЛА СЛЕЙТЕРА «МЕЖДУ КОРМОМ/ЛЮБОВНЫМ ПАВЛИНОМ»)

ГРОСС: Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ. Я Терри Гросс. Давайте вернемся к моему интервью с Джой Харджо, первым коренным американцем, ставшим поэтом-лауреатом США. В настоящее время она отбывает свой третий срок. Она является членом нации Маскоги (Крик) и живет в Талсе. Ее новые мемуары называются «Поэт-воин». У нее также есть новый компакт-диск под названием «Я молюсь за своих врагов», на котором она читает свои стихи под музыкальное сопровождение и играет на саксофоне, инструменте, который она впервые взяла в руки, когда ей было 40 лет.

Вы выросли в жестоких семьях. Твой отец оскорблял тебя и твою мать. Он также был очень привлекательным и харизматичным и, казалось, знал это и изменял твоей матери. Потом у тебя был белый отчим, который, возможно, был еще более жестоким. Он заставил твою мать играть в русскую рулетку, пока твои младшие братья и сестры смотрели. Тебя не было в то время. Знаешь, после того, как ты вырос в жестоком доме, ты написал (читая) я принял решение, что буду другим. Я бы сделала свою жизнь свободной от брака, насилия и господства системы убеждений, которая требует, чтобы женщина была счастлива, имея мужа и детей.Я не видел такого счастья ни дома, ни во многих домах вокруг меня.

Итак, у вас было это желание оторваться и быть другим, быть независимым, не зависеть от мужчины или детей, чтобы быть счастливыми. Но у вас был ребенок, когда вам было 17. Так что вы делали, когда вам было 17 лет и вы были беременны? И тогда вам было еще 17, когда вы родили или 18? Я не уверен, есть ли большая разница в том или ином случае. Ага. Так ты еще учился в школе?

ХАРДЖО: Нет, я закончил школу на год раньше, потому что у меня было достаточно кредитов в Институте искусств американских индейцев.А я как раз был в одной из первых всенародных драматических и танцевальных трупп. И мы выступали в нескольких больших театрах на Тихоокеанском Северо-Западе и в разных общинах коренных жителей, и я вернулась беременной — никто не знал — а потом села в автобус и приехала туда, где жил отец ребенка. И он чудом встретил автобус. И я жил с его друзьями на диване, а потом жил с ним и его мамой и бабушкой. И я не знал — я не знал, как мне пройти через это или выбраться из этого, потому что у меня не было средств.На самом деле у меня не было пути к отступлению, и я просто пытался извлечь из этого максимум пользы.

ГРОСС: Как ты выбрался из этого?

ХАРДЖО: Мы уехали из Оклахомы и вернулись в Нью-Мексико.

ГРОСС: Кто мы? Вы…

ХАРДЖО: Отец моего сына, мой тогдашний муж, мой сын и его дочь, моя падчерица, мы вернулись в Нью-Мексико. И вот я снова оказался в кругу других коренных художников, и это подняло мне настроение, потому что у меня было там сообщество.

ГРОСС: Я уверен, что многие люди говорили вам, что это все очень мило, но вы должны зарабатывать деньги, и вы не сможете содержать своих детей, создавая красивые вещи или сочиняя стихи.

ХАРДЖО: Да, определенно. Это как – ну искусство, люди могли понять. Вы знаете, есть художник. Я из семьи, моя тетя, моя бабушка – Наоми Харджо, тетя Лоис Харджо – они были художницами. Они рисовали картины – вы знаете, картины маслом. Они делали настоящее искусство.А в Оклахоме, когда я рос, вокруг было много художников-аборигенов. Но когда я пошел на поэзию в качестве бакалавра в Университете Нью-Мексико, когда я пошел на поэзию по специальности, никто… я не получил поддержки – кроме учителей поэзии (смех) – вы знаете, что я был хорошим поэт. Но никто не поддержал – никто не хотел поддерживать поэзию, и люди беспокоились, потому что, знаете, как вы собираетесь зарабатывать на жизнь? И был толчок — в то время у нас был огромный толчок для получения коренными народами ученых степеней в области права, медицины, медицины, образования, экономики, потому что в этом была большая потребность.Знаете, очень нужны люди для выполнения этих ролей. Но какая роль у поэта?

ГРОСС: Вы хотели стать врачом. Вы пошли в медицинский институт и довольно быстро бросили его, потому что не чувствовали себя готовым ко всей тяжелой науке.

ХАРДЖО: Верно. У меня была предмедицинская подготовка, когда я поступила в Университет Нью-Мексико на второстепенное танцевальное образование. Но…

(СМЕХ)

ХАРДЖО: Ну вот.

ГРОСС: Вы отбываете свой третий срок в качестве поэта-лауреата Соединенных Штатов.Были ли какие-нибудь намеки (смех) на то, что с вами может случиться что-то подобное?

ХАРДЖО: Я не знал точно, куда это приведет, но я знал, что это то направление, в котором мне нужно идти. И на этом пути были годы, когда не было признания, что то, что я публиковал или делал, казалось, не имело значения. Но я следовал, потому что это — для меня это сделало — путь открывался, открывался и открывался. И поэтому стать лауреатом поэтической премии США — большая честь.Но я понятия не имел. Я понятия не имел, что до этого дойдет.

ГРОСС: Я хочу перейти к музыке и поэзии. Ты начал играть на саксофоне, когда тебе было 40, что, знаешь ли, считается очень поздним для начала изучения инструмента. Итак, вы смирились, когда начали играть на саксофоне, зная, что для вас все не будет таким автоматическим, как для людей, которые учились в детстве, где, ну, знаете, типа, аккорды и клавиши – это просто становится вторая натура, потому что вы учитесь этому, когда ваш мозг формируется?

ХАРДЖО: Да, это было – знаете, я пару лет играл на кларнете, когда был моложе.

ГРОСС: О, значит, у вас есть кое-что из основ.

HARJO: У меня были некоторые основы, и нам повезло, что у нас была музыка. У нас в начальной школе здесь, в Талсе, была музыка и искусство, по крайней мере, вы знаете, в те годы. Так что у меня было кое-что… у меня был кое-какой музыкальный фон. Я ушел из музыки, потому что примерно в то же время я перестал петь, потому что, во-первых, преподаватель группы не разрешал девочкам играть на саксофоне, поэтому я ушел из группы. И примерно в то же время мой отчим не разрешал мне петь в доме.И…

ГРОСС: Почему?

ХАРДЖО: Он не хотел – вы знаете, потому что я думаю, что это символизировало счастье. И я сделал это в своей комнате – за закрытой дверью, слушая записи Columbia House, на которые я подписался. Но вы знаете, это было – это представляло – моя мать не пела. Вы знаете, моя мать была певицей и автором песен, и ей тоже не разрешали петь, да и петь она не хотела. Это было почти так, как если бы он запер все – знаете, птичье семейство в доме и запретил нам петь.

ГРОСС: Это так грустно.

ХАРДЖО: Так что я оставил все позади. И только когда мне исполнилось почти 40 лет, я собрал группу. И, о, я начал играть — начал дурачиться на саксофоне. Я выучил гамму соль-блюз и потихоньку начал играть и собрал группу, состоящую исключительно из туземцев, в основном музыкантов-туземцев, которые также были адвокатами. И мы начали…

(СМЕХ)

ХАРДЖО: …Поэтическое правосудие. Это имя. Мы основали группу под названием Joy Harjo and Poetic Justice.И это было началом.

GROSS: Ну, я хочу закончить треком с альбома. А я хочу сыграть, как вы читаете свое стихотворение «Страх» под музыкальное сопровождение. Я бы хотел, чтобы вы представили его нам и рассказали о написании стихотворения и о том, что его вдохновило.

ХАРДЖО: Ага. Песня “Fear” появилась, когда я впервые учился писать стихи, будучи студентом Университета Нью-Мексико. Я открыл для себя поэтические чтения и местных поэтов. И это то, что фактически открыло мне дверь для того, чтобы взять ручку — или тогда взять пишущую машинку — и написать свои собственные стихи.И что я узнал о поэзии, так это то, что да, я привношу в нее свои навыки. Но все дело в том, чтобы слушать. И поэтому я слушал и писал, а потом, конечно, переписывал, переписывал и переписывал. Но пришло это стихотворение – я чувствую, что это стихотворение было больше меня. И это пришло мне на помощь. И он вышел в мир и помог многим людям. А я и не собирался – я уже записал. И я не собирался записывать это снова. Но казалось, что в разгар пандемии, в разгар политических разногласий в этой стране и на грани, знаете ли, экологической катастрофы, в которой мы нуждались, эта песня-стихотворение может снова пригодиться. Вот почему я решил добавить его в этот альбом.

ГРОСС: Итак, стихотворение “Страх”. И мы услышим это из альбома Джой Харджо “I Pray For My Enemies”. Джой Харджо, большое спасибо, что поговорили с нами. И оставайся здоров.

ХАРДЖО: Ага. Что ж, большое спасибо.

(ЗВУК ПЕСНИ, “СТРАХ”)

ХАРДЖО: Я отпускаю тебя, мой прекрасный и ужасный страх. Я отпускаю тебя. Ты мой любимый и ненавистный близнец. Но теперь я не знаю тебя как себя. Я отпускаю тебя со всей болью, которую я испытал после смерти моих детей.Ты больше не моя кровь. Я возвращаю вас солдатам, которые сожгли мой дом, обезглавили моих детей. Я возвращаю вас тем, кто украл еду из наших тарелок, когда мы голодали. Я отпускаю тебя, страх, потому что ты держишь передо мной эти сцены, и я родился с глазами, которые никогда не закроются. Я отпускаю тебя. Я отпускаю тебя. Я отпускаю тебя. Я отпускаю тебя. Я не боюсь злиться. Я не боюсь радоваться. Я не боюсь быть черным. Я не боюсь быть белым. Я не боюсь быть голодным.Я не боюсь быть полной. Я не боюсь быть ненавидимым. Я не боюсь быть любимой, быть любимой, быть любимой, быть любимой. Страх.

ГРОСС: Новые мемуары Джой Харджо называются «Поэт-воин». После короткой паузы рассказ об одном уцелевшем хлопчатобумажном мешке, переданном порабощенной женщиной ее маленькой дочери, которую вот-вот должны были продать. Мы услышим от историка Тии Майлз, автора книги «Все, что она несла». Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ.

(ЗВУКОВОЙ ФАЙЛ НАОМИ МУН СИГЕЛ «ЭТО НЕ БЕЗОПАСНО»)

Copyright © 2021 NPR.Все права защищены. Посетите страницы условий использования и разрешений нашего веб-сайта по адресу www.npr.org для получения дополнительной информации.

Стенограммы

NPR создаются в кратчайшие сроки Verb8tm, Inc., подрядчиком NPR, и производятся с использованием запатентованного процесса транскрипции, разработанного с NPR. Этот текст может быть не в своей окончательной форме и может быть обновлен или пересмотрен в будущем. Точность и доступность могут отличаться. Официальной записью программ NPR является аудиозапись.

статья | Кафедра английского языка

Опубликовано в The Northern Review 10 (лето 1993 г.): 86-90.

«Прислушайтесь к звукам»: знакомство с поэтами коренных народов Аляски Нора Маркс Дауэнхауэр, Фред Бигджим и Роберт Дэвис
 

Для писателей-аборигенов современная Аляска по-прежнему остается проблемой. С массивным социальные изменения, охватившие деревни, и новый акцент на культурной преемственности, Перед писателями-аборигенами Аляски стоит несколько парадоксальная задача — выкрикивать предостережения и петь торжества одновременно.В то время как признаки перемен вокруг, земля, животные, а дух Аляски остается прежним. Многие из этих писателей видят что это человеческое восприятие, человеческое представление о своей роли изменилось и продолжает изменить. Эти представления о мире природы продолжают служить источником социальный комментарий, культурное преемственность, личное обновление и духовное переопределение. В 1986 году прекрасный выпуск журнала Alaska Quarterly Review был посвящен сбору произведений современных писателей коренных жителей Аляски.В 1991 г. первая обширная антология письменности коренных жителей Аляски, Raven Tells Stories , была отредактирована Джозефом Бручаком и опубликована Greenfield Review Press.

В издание вошли 23 коренных писателя, некоторые из которых публиковались более двадцать лет и другие, у которых была опубликована их первая работа. Для этих писателей история, хотя и обнажает культуру в состоянии стресса, не угнетает, а способна выявление общих связей с предками и прошлым. Большое разнообразие голосов и культурные установки раскрывают два поколения, для которых быстрые перемены стали способом жизни; тем не менее их голоса говорят о преемственности и восприятии, о необходимости смотреть внутрь себя и к северному ландшафту вокруг нас. Для них культура и природа не противостоят, но воссоздают друг друга. Восприятие, дух и общность сливаются воедино. писатель перековывает связи с тем, что прочно и неповторимо, с тем, что имеет и будет давать силу и выживание.Здесь литература становится своеобразной практикой существования, питающей дух отдельных людей и сообществ.

Нора Маркс Дауэнхауэр — одна из самых известных писательниц-аборигенов Аляски. Родившийся в семью тлинкитов в 1927 году, она выросла в Джуно, на рыбацких лодках и на средства к существованию. лагеря на юго-востоке Аляски. Ее первым языком был тлинкит, и первое знакомство с английскому, когда она пошла в школу в восемь лет.Она известна своей работе над тлинкитским языком и за ее усилия в качестве переводчика и собирателя Тлинкитская литература. Она является автором одной книги стихов, «Гудящий шаман ».

Ее стихи отражают ее приверженность традиционной культуре, а также ее широкое образование. и обширные путешествия. Основанные на мировоззрении тлинкитов, ее стихи часто прославляют дух земли и людей, традиционных и современных, живых и ушедших.Договоры предков с миром природы снабжают современный мир его значение. Перцептивное слияние человека с этой живой связью природы/культуры. обеспечивает путь для индивидуального и общественного обновления. Одно из ее стихотворений под названием «Старый Фотография Aaanyaalahaash, начальника Gaanax.adi» полностью гласит: «Безопасный глаза смотрят на меня / с векового лица / с миллионом морщин / сжатым возрастом./ Наша молодежь смотрит на меня / с напряженными лицами». Роль поэта не одна посредник. Она должна заступиться, должна обратить свой взор на людей и землю таким образом, чтобы два набора лиц снова посмотрели друг на друга.

Но для этого иногда нужно, чтобы лица смотрели на что-то другое что связывает их друг с другом, например, их связи с миром природы.Многие ее стихи представляют собой короткие сопоставления, очень похожие на японские хайку. Иногда с юмором, иногда серьезные, стихи вызывают понимание общих процессов человеческого и природный мир, так как это то, что связывает поколения с миром, где природа строит культуру так же, как и человек.
Например, стихотворение «Богатство», которое гласит «(для всех тлинкитских женщин, которые нарезают рыбу для коптильни) Слайм хлюпающий /через золотые и серебряные браслеты:/женщины нарезая лосось.«Ценность, смысл и общность создаются во время жатвы, как лосось. отдавать себя людям, и люди отвечают, как всегда. То восприятие поэта не создает смысла, который уже существует в общественной связи. с животным миром, но позволяет возобновить ее понимание истинной ценности в в мире природы и в обществе.

В «Слушая голоса коренных народов (Мастерская местных писателей, Ном, Аляска), Дауэнхауэр советует авторам-носителям «прислушиваться к звукам./ Они так же важны / как голоса». / Слушать. / Слушать. / Слушать. / Слушай.» Хотя истинные голоса молодых отечественных писателей могут быть погружены под английский язык, земля остается верной их опыту и идентичности. Когда они вырываются на свободу, это их внимание к природе, чтобы найти свою истинную родную голоса, слушать, как через них говорит природа, что в конечном итоге создаст сильнейшее облигации.

Фред Бигджим — эскимос-инупиат, выросший в Синроке и Номе. Имеет две степени из Гарварда и учился в юридической школе. Он опубликовал две книги стихов, Walk the Wind и Sinrock , книгу об образовании коренных народов We Talk, You Zawn и соавтор Letters to Howard: An Interpretation of the Alaska Native Land Claims .

Некоторые из его стихов посвящены опыту его взросления в маленькой прибрежной деревне и затем ранний переезд в более городскую среду.Он описывает качество жизни в тех ранние годы и знания, сформировавшие его. В стихотворении «Иди по ветру» он и за другими детьми наблюдают вороны и лисы, и они не боятся снега и лед: «Будучи эскимосами,/ В Арктике,/ Мы всегда знали/ Мы могли идти по ветру/ И понесет нас / Назад домой.» Тундра живая, успокаивающая и неотвратимо ведет обратно в сообщество.

Большой Джим беспокоится о том, что сегодняшняя молодежь теряет чувство общности с людьми и природа, которую он знал. Огромные изменения, которые претерпело эскимосское общество, кажутся разрушили большую часть этой связи и не заменили ее ничем столь же сплоченным и осмысленный. В «Передвижении по тундре» он пишет «За тундрой / Лежит сердце тьмы, / Слезы отчаяния, / Сеть образов / манит вкусить / горько-сладкий плод.Эти вещи разрывают связь эскимосов и тундры.

Однако, в то время как Большой Джим остро осознает боль дислокации и диссоциации, его основная тенденция состоит в том, чтобы поместить такую ​​боль в естественную перспективу, объединить циклы человеческого горя с циклами природного мира. Человеческие взгляды кажутся временами такой ограниченный, а мир природы такой утешительный и вечный.В “Капли дождя” он смешивает человеческие слезы о смерти с дождем, чтобы создать слияние жизни, которое знаменует человеческое и природное продолжение: «Дождь, слезы людские / капают из жизни, / Наполняя воздух плывущими облаками / И собирая больше слез / Для капель дождя».

В таких стихах, как «Грани», читатель чувствует настоятельную необходимость Бигджима открыть наше осознание эскимосское общество висит на пальцах, «пытаясь / Удержаться / Край жизни. ” Тем не менее, он знает, что эти руки также держат одеяло для броска. В стихотворении «Бросок одеяла», эти руки запускают охотника в «воздух беспокойства / Достижение для реальности и счастья». Хотя ему не удается достичь неба, его видение земли вокруг него было усилено, и он падает обратно на землю, «Крепко удерживаемый человеческими руками». Только руки сообщества могут поддерживать далеко идущие представления о природе. мира, и в его восприимчивые руки мы должны вернуться.

Глубоко переживая утраты, как личные, так и культурные, стихи Роберта Дэвиса куют связи с прошлым через стремление к переосмыслению старых форм и ритуалов через современные заботы. Дэвис, родившийся в Каке, Аляска, считает себя неотрадиционалистом. Тлинкитский художник/рассказчик, опубликовавший одну книгу стихов Soul Catcher . Для Дэвиса одним из основных способов достижения слияния природы и культуры является повторное подчеркивание наше мифическое восприятие мира и его процессов. Мир вокруг нас создан по рассказам тлинкитов. Он видит, как «формы трансформируются», и приближается к этому процессу. непрерывного творения. Для него мифическое участие есть выход из человеческих актов перцептивное разделение.

Рейвен занимает видное место во многих его стихах.Как парадоксальная фигура из Тлинкитская устная традиция, Рэйвен используется Дэвисом для обозначения того, как воспринимается значение. в тлинкитской традиции. В «Вороне Двуликий» он пишет: «У мира есть вершина / его нижняя сторона и / Следы Ворона ведут повсюду». природе человеческого понимания и существенному факту творческой силы Ворона для начинают двигаться к мифологическому восприятию. Как он это делает, его стихи выражают непрекращающееся присутствие. В «Движениях Ворона» он начинает со слов: «Если я произношу слова, они становятся эхом Ворона». Стихотворение продолжается, когда он возвращается во времени, переживая тлинкитский ритуал. С этой точки зрения Рэйвен начинает «связывать все вместе / в это темное гнездо». Стихотворение заканчивается возрождение поэтического «Я». Он моргает, чтобы убрать парадоксы света и темный человеческий опыт.В ушах раздается громкий стук. Стук исходит от его сердце, от ритуальных барабанов давно минувших дней и от трудности вороноподобного понимание. Дэвис называет Рэйвен Черным ангелом, потому что Трикстер его творческий потенциал. трансформации приходят через множество темных переживаний. Поскольку Дэвис также исследует свои собственные личное чувство потери и принадлежности, он исследует историю тлинкитов и общественные ценности. попал в парадокс постоянства и изменения.Мифический мир объединяет историю и сообщество. Такие стихотворения, как «Утопающий», «Ловец душ» и «В лес», раскрывают растворяя границы природы/культуры, где легенды шепчутся «за каждым деревом, каждый кедр / тянется к тотему».

Все трое писателей движутся к реинтегрированному миру, где человек и природа обновляют вековые компакты.Тем не менее, в спектре от природы до культуры каждый ведет переговоры о соглашении. благодаря чему человек, общество и земля могут приспособиться к современным и увековечить традицию.

Джеймс Рупперт, Университет Аляски, Фэрбенкс

Работы цитируются

Бигджим, Фред. Синрок. Портленд, Орегон: Press-22, 1983.

.

—. Прогулка по ветру. Портленд, Орегон: Press-22, 1988.

.

Брухак, Джозеф, изд. Ворон рассказывает истории: антология письменности коренных жителей Аляски. Гринфилд,

       Нью-Йорк: Greenfield Review Press, 1991.

Дауэнхауэр, Нора Маркс.Дремлющий шаман. Хейнс, Аляска: The Black Current Press,

.

       1988.

Дэвис, Роберт. Ловец душ. Ситка, Аляска: Raven’s Bones Press, 1986.

.

31 лучший автор из числа коренных американцев, которых стоит прочитать в 2022 году

В октябре Опра назвала антологию поэзии коренных американцев Джой Харджо, лауреата поэтической премии США (и гостя Super Soul Sunday), одной из семи книг, которые помогут ей пережить трудные времена. Книга , посвященная творчеству 161 поэта из числа коренных народов, когда свет мира был подавлен, наши песни пробились: антология поэзии коренных народов Нортона , демонстрирует разнообразие внутри сообщества коренных американцев и его литературную силу.

«Я всегда думаю о литературе коренных народов как о подарке миру», — говорит Молли МакГленнен, поэт и профессор Вассара, Oprah Daily. МакГленнен имеет оджибвийское происхождение и смешанное оджибвийское и европейское происхождение. «Рассказывать собственные истории на наших условиях — это политический акт.Местные писатели и художники позволяют некоренному народу считаться с тем, что затемняется из их сознания. Знаете ли вы это или нет, вы получаете выгоду от насилия над коренными народами».

Вообще говоря, «возрождение коренных американцев» относится к периоду в конце 60-х и 70-х годов, когда многие писатели коренных американцев, такие как Эрдрич, Харджо и Лесли Мармон Силко, достигли известности. Но американские индейцы печатались задолго до того, как Н. Скотт Момадей получил Пулитцеровскую премию за «Дом, сделанный на рассвете» в 1969 году и положил начало так называемому Возрождению, как показывает этот сборник поэзии коренных народов до 1930 года.А родная литература восходит еще раньше. «У нас всегда были формы выражения, будь то устная традиция, петроглифы, пиктограммы, кодексы или свитки из бересты», — говорит МакГленнен.

Теперь, помимо уже известных художников, издательское дело переживает новый подъем новых голосов, таких как романисты, такие как Томми Оранж, авторы рассказов, такие как Кали Фахардо-Энстайн, мемуаристы, такие как Тереза ​​Мейлхот, эссеисты, такие как Элисса Вашута и Билли-Рэй Белкорт, и поэты, в том числе Томми Пико и Натали Диас, среди многих других.Кроме того, есть авторы из числа коренных народов, работающие во всех жанрах, от детективов до молодежной литературы и документальной литературы. «Происходит взрыв талантов, — говорит МакГленнен. «Кажется, что есть реальная свобода выражать то, что они хотят, потому что они не чувствуют себя одинокими в этом».

Добавить комментарий Отменить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Комментарий *

Имя *

Email *

Сайт